Сибирские Огни № 4, 2021

168 но, кто рулил: условный «консерва- тор» или не менее условный «либе- рал». Вопросы решались насущные: тиражи, издания, переиздания. Понятно, что тактически «консер- ваторами» считаться, выглядеть пред- почтительнее. Идеологическая вы- держанность давала определенные оч- ки. Москвичи могли позволить себе «либеральные игры», имея определен- ную «подушку безопасности». Тот же Симонов за неполных полтора десят- ка лет два раза уходил с должности главного редактора «Нового мира», успев в промежутке побывать главным редактором «Литературной газеты». Уход же с писательской должности в Ленинграде означал одно — крах. Переходить было особо некуда, можно было лишь перебраться в столицу. Известный пример такой «эмигра- ции» — переезд в Москву Всеволода Кочетова. В 1952 году к нему прихо- дит большой успех после публикации романа «Журбины». Книга о династии потомственных пролетариев получила известность не только внутри страны. «Журбиных» перевели на ряд языков, включая английский, китайский, не- мецкий, испанский. Писательская удача сопровождалась и административной карьерой. Кочетов в 1953 году получа- ет должность ответственного секретаря правления Ленинградского отделения СП. Такое быстрое возвышение нару- шило хрупкий баланс в писательском сообществе. В борьбе против «выскоч- ки» объединились представители писа- тельских кланов, до этого не замечен- ные в дружбе. Соединенными усилиями в конце 1954 года Кочетова забалло- тировали, он не прошел по результа- там голосования в правление писатель- ского союза. И хотя он потом, в 1955 году, полгода проработал заместителем главного редактора новообразованной «Невы», всем было понятно, что на этом карьера Кочетова в Ленинграде закончилась. Не помогла тут даже иде- ологическая выдержанность Кочето- ва, который, действительно, не просто следовал официальному курсу, но ощу- щал себя «солдатом партии». При этом ошибочно считать оппонентов Кочетова выразителями либеральных, прогрес- сивных взглядов. Например, неодно- кратно он нападал на трижды лауреата Сталинской премии Веру Панову, кото- рая прославилась в конце пятидесятых годов высказыванием: «Хватит с нас этой возни с реабилитированными». Особую весомость словам придает тот факт, что к числу посмертно реабилити- рованных относился ее второй муж — Борис Вахтин, отец двух сыновей Па- новой. Одного из них, Бориса, и своего третьего мужа Панова всячески отгова- ривала от участия в кампаниях по защи- те Бродского, Даниэля и Синявского. Первый удар по Пановой был на- несен на страницах «Правды». Там в конце мая 1954 года в рубрике «Замет- ки писателя» появилась статья Кочето- ва «Какие это времена?», посвящен- ная роману Пановой «Времена года». В начале Кочетов объясняет читателю необходимость ее написания: «Я бы не взялся писать о романе В. Пановой “Времена года”, если бы литератур- ная критика хотя бы в какой-то мере определила место этого произведения в советской литературе. Толки о рома- не В. Пановой самые разнообразные и разноречивые. Одни говорят, что это роман социально-психологический, другие считают его бытовым, третьи заявляют: это “сама жизнь”, наконец, есть и такие мнения, что “Времена го- да” — роман о воспитании». Непро- стую задачу — разобраться в разного-