Сибирские огни, 2015, № 10

186 АЛЕКСАНДР КОСЕНКОВ ЗВЕЗДНАЯ ПЫЛЬ Есть и другая точка зрения, позамысловатей, приоткрывающая второе дно этой вдруг обозначившейся проблемы — нелюбви к документальному кино. Как бы в пику прежней власти, которая это кино содержала, опекала, щедро предо- ставляла ему телевизионные каналы и экраны тысяч кинотеатров. Суть этой точки зрения в том, что нынешняя власть боится оставлять следы. Ведь хоро- ший, талантливый документальный фильм — это вечное и глубокое свидетель- ство времени, вечный носитель, который идет в архив. Это не информационное телевизионное видео с его множеством сиюминутных сюжетиков, которые, как правило, мы тут же забываем. И, может быть, все дело в том, что прежняя власть думала, что она навсегда, и ее не пугали талантливые свидетельства ис- тины — пусть даже и не всегда удобные для нее. А эти, новые, особенно на первых порах, знали или догадывались, что они временщики. И им не нужны были улики, по которым можно судить о том, как мы тогда жили. Есть и еще одна точка зрения, которую не раз открыто высказывал В. Э. Эйснер. «Телевидение сегодня создает виртуальную реальность нашей жизни. Если верить экрану, в стране только кровь, грязь, секс и насилие. На одном канале — мордобой, на другом — стрельба, на третьем — горы трупов, ку- хонные разборки маргиналов, называемые ток-шоу, грязное белье столичного бомонда, секс и снова насилие. Нас настойчиво приучают к мысли, что ничего другого в России уже не осталось. А когда на телевидении вдруг покажут доку- ментальный фильм о невымышленной жизни, о простых людях с их простыми человеческими заботами, виртуальная реальность терпит крах. Кому-то это, возможно, невыгодно». Думается, правомерны все эти точки зрения, как это всегда бывает при толковании событий, не имеющих простого объяснения. Но ведь действитель- но трудно объяснить, почему вдруг нашему государству на определенном этапе оказался ненужным самый правдивый вид киноискусства, заставляющий людей не просто поглощать поток информации, а размышлять и сопереживать уви- денному, учиться видеть. Ведь умение видеть — это очень непросто. Именно с этого первого шага и начинается настоящее искусство. И уметь видеть может научить только очень большой мастер, который, как правило, сам начинает с того, что учится видеть, размышлять и сопереживать. А потом эти свои мысли, чувства, свою боль и свою веру переносит на экран, приближая нас к смыслу и значению проживаемой нами жизни. Всегда ли власть — особенно когда она не уверена в своей праведности и вечности — хочет, чтобы мы понимали смысл и значение происходящего с нами? Складывается парадоксальная ситуация. Современная цивилизация осно- вана на активном использовании информационных процессов. Объективность информации стала осязаемой. Но такие важнейшие характеристики инфор- мации, как смысл и значение , в повседневной жизни либо вовсе упускаются из виду, либо считаются лишь субъективно-психологическими условностями. Но суть работы документалиста в том и состоит, чтобы заставить зрителя обра- тить внимание, задуматься и понять мимолетные, казалось бы, моменты исти- ны. Именно этот талант в первую очередь и востребован в таком непростом виде киноискусства, как документальное кино, снимать которое, работать в котором у нас стало неимоверно сложно.