Сибирские огни, 2015, № 10

их одинаковую плоскость, столь родственную потолкам, и выбрать жизнь и смерть так просто, как выбрать «пал» или «секам», а кто-то брызжет кока-колой, а кто-то желчью и слюной, а ты лежишь в постели — голый и офигенно несмешной, втыкаешь в пошлые киношки, чтобы забыться как-нибудь, пока отчаянные кошки скребутся где-то слева в грудь… Проснешься и узришь нечастый похмельный дождик. Или снег. И бог молчит. И все несчастны, как самый первый человек.