Сибирские огни, 2015, № 4

14 НИКОЛАЙ ШИПИЛОВ ДЕТСКАЯ ВОЙНА Господь, и дает... Ты вот читал притчу Нафана к Давиду? Об чем там? Об последней свечке, нет? Нет…Там значенье тако: отольются сиротски слезы на старашном суду... Кажда слезинка тяжеле свинца, тяжеле злата и серебра, тяжеле денег потянет... А у нас весь народ сирота... Саша легко засыпал и просыпался свежим и сильным. Шел на работу уже утром. Потом прорубь, потом библиотека. Один раз в неделю учитель читал у проруби проповедь и давал советы заблуд- шим, ощипывая с бороды сосульки. Снег подтаивал под его босыми нога- ми, от бело-розового тела валил пар. — Голубым глазам — конец, идет время черных глаз, помните, лю- дие! — вещал он. — Я скоро уйду, — указывал он пальцем в прорубь, где мрачно плескались темно-зеленые обские волны. —Я уйду, а вы помните: главная политика — хлеб, рожь, ячмень, пшеница! Главные деньги — зем- ля, воды, растения! Главная политика — армия! Хлеб и щит — вот в чем народное наше счастье! Грозит прийти время, когда вы будете отдавать свои компьютеры и автомашины, телевизоры и диваны, безделушки из серебра и дорогих каменьев за кусок черного хлеба… слушайте меня, бес- памятные индейцы! Земля устала от вашей дурости, она откажет вам в дарах, в душах ваших поселится ночь при ясной погоде, а политика и демо- кратия, политика и социализм, политика и капитализм — дрянь! мерзость! пучок травы впереди осла, тянущего поклажу! Повторяю: святое дело че- ловека — хранить здоровье, чтоб не быть в обузу другим, беречь землю, в которую суждено лечь и воссоединиться со своими и с матушкой, растить дерево, а не убивать его, беспамятные! Дерево прекрасно, оно выше вас, папуасы, не только ростом — оно хранит в своей памяти каждый прожи- тый год, и ему не нужен прогресс, который не что иное, как самоедство и лень, сироты вы мои! Заблудился — иди к дереву, проси у высокого совета и направления мыслей, умей услышать его, потому что мир един по своей природе! А политика — дрянь, вместе с абстрактной философией! Есть одна философия: труд и оборона... Увидишь толпу с лозунгами — бери пулемет и шпарь поверх толов: толпа быстро разбежится по полям и заво- дам, это я вам, военные, говорю!.. Верь народу — не верь толпе! — Фашист! — крикнули из толпы. — Реакционер, бей его!.. — Смерти нет, ты, пьяница и курильщик, прогрессист долбаный! — отвечал учитель. — Смерти нет — есть лишь сожаление о недожитой мо- лодости... Убей меня — кто даст тебе совет, детка! А совет мой таков: пуще бабьей измены бойся клеить ярлыки на живую душу — завтра сам будешь оклеен ими, как забор с приглашениями на работу возле оперного театра, ты, папуас, готовый отдать поросенка за импортные штаны!.. Саша ждал его уже одетый. Сейчас учитель будет давать советы, а это дело долгое, если ты вылез из проруби и голый стоишь на морозце. Вот уже женщина с золотыми серьгами в ушах и в беличьей легкой шубке тянет к учителю руку. — Говорите, — кивает он этой женщине. —А можно вас потрогать, товарищ? — просит она, бестрепетно гля- дя в глаза учителя, на что он отвечает: