Сибирские огни, 2015, № 4

157 ВИТАЛИЙ СЕРОКЛИНОВ ДЕТИ АЗИИ Тут призершу мирового чемпионата, еще даже не чемпионку, встречает по- четный эскорт из республиканского начальства, министры и секретари — и в ответ она признается, что хотя тренироваться удобнее где-то там, в Венгрии или Хорватии, но домой она прилетает, несмотря на расстояния, чтобы «надышать- ся родиной и набраться сил» — и эти слова в ее устах не выглядят высокопар- ными, скорее трогательными… Такие похвалы малой родине тут любят цитировать с высоких трибун, по- нимая, что наступили времена, когда регион может попытаться стать туристи- ческой меккой и полем чудес, на котором зарыты будущие неисчерпаемые дохо- ды от приезжих, мечтающих оказаться не на истоптанных маршрутах Золотого кольца, а на нехоженых тропах загадочной Сибири и грозного Крайнего Севера. Надо сказать, за брендирование собственных эпосов и легенд сибирские регионы взялись с огоньком. И вот уже одна область гоняется за неуловимым йети, мечтая отхватить за поимку чудовища губернаторский миллион — и по- гоня эта занимает умы всех тамошних журналистов, будто нет у них других но- востей и проблем; другая область уже не первый год вещает об инвестиционной привлекательности и деловом, соответственно, туризме, который, нам обещают, будет основываться на инновациях, спасибо одноименному форуму и бесконеч- ным инвестициям в него. В Якутии поступили иначе. Там не стали устраивать облаву на мифологиче- ских существ и не пошли по накатанному пути форумов и конгрессов на высшем уровне. Якуты сделали проще — объявили свою территорию, почти наполови- ну располагающуюся за Полярным кругом, местом, где берет начало россий- ская зима. Возразить тут нечего — главным сувениром, который забредшие в Якутск путешественники везут домой, является фотография на фоне местного электронного табло с выставленными на нем цифрами «забортной» температу- ры: «—50», «—55», а то и поболее — как кому повезет. Нам, гостям, попавшим сюда на праздник «Зима начинается с Якутии», по- везло чуть меньше. Или больше — так сразу и не скажешь. Приехали мы в са- мый разгар серьезного, по якутским меркам, потепления: ниже минус тридцати шести при нас столбик термометра не опускался. На улицах было много народа, особенно в тех местах, где предполагались массовые гулянья и празднества, дети катались с ледяных горок и не собирались разбегаться по домам: здесь принято считать похолоданием температуру под пятьдесят, а при сорока градусах ниже ноля даже школьники начальных классов спокойно ходят в школу и не жалуются на мороз. А уж местной фауне и вовсе стало после потепления жарко: якутские лайки, родичи знаменитых хаски, круглогодично живут на улице. С лайками, которым комфортно в холода, даже случился небольшой международный конфуз. Некая латиноамериканка разместила после посещения этнографического комплекса «Чочур Муран» гневное видеообращение, в котором с болью в сердце сооб- щалось, что бедные собачки страдают, «работая 365 дней в году и засыпая при минус пятидесяти пяти градусах». Особой пыткой для собак, с надрывом вещал автор, было то, что они жили «снаружи»; снаружи чего именно — не указы- валось. Лайки, по мнению дамы, были сплошь «одинокими и болезненными». Защитница животных грозно объявила, что «ситуация в “Чочур Муран” имеет преступление! Я отправлю это для всех стран, пока не заставит русских прави- тельства, чтобы закрыть это место». В заключение сообщалось, что половина собак умирает в январе — «бездомными, без защиты и пищи»…