Сибирские огни, № 3, 2014

ГРИГОРИЙ КРОНИХ. ДНЕВНИК БУЛГАРИНА. ПУШКИН —О чем же? —Да что с это штукой делать! — коротышка указал на горку темно-зеле­ ных фруктов. —А что это такое? —спросил я. — Если б я знал! —вздохнул лавочник. —Последнее время публика осо­ бенно приохотилась к апельсинам, и я заказал самую большую партию това­ ра. А вместо апельсинов прислали вот это. Я думал —может, покраснеет или пожелтеет... Нет, лежит себе, аспид, как был! И обратно отослать не могу — деньги отданы без возврата. Я уже три недели маюсь —ничего не продал. А в задней комнате гора в десять раз большая лежит. А как это называется —я и сам не знаю! —Хозяин лавки готов был зарыдать. Пушкин отвлекся от воспоминаний и стал прислушиваться к нашему раз­ говору. —Как же вы торгуете, если не знаете чем? Может, это ядовитые плоды?! — спросил Александр Сергеевич. — Нет, нет! — хозяин перекрестился. — Вот Христом-богом!.. Я на себе проверял. Вкус травяной, маслянистый, но съедобный —я пробовал не раз. —Что, купим для поддержания торговли? —предложил Пушкин. —Я в удачу уже не верю, —сказал лавочник. —Вы, господа, добрые лю­ ди, да только если я хотя бы половину этих зеленых груш не продам, то через две недели разорюсь. —Ну... столько мы не купим, —сказал я. —Я, ради воспоминаний детства, могу дать вам немного денег, —Пушкин протянул ассигнацию, —может быть, даже организовать по знакомым сбор... как подписку на издание?.. —Александр Сергеевич посмотрел на меня вопро­ сительно. Хозяин из благодарности стал совать Пушкину темно-зеленые плоды, но тот их отстранил. —Давайте я возьму, —сказал я. —Мне на ум одна мысль пришла. Лавочник протянул мне плоды, и я взял четыре штуки. —Александр Сергеевич, а хотите, я лавочку вашего детства спасу, не по­ тратив ни копейки? —Извольте, но как? —Увидите. Я положил зеленые груши в карман, мы распрощались с хозяином и вы­ шли из лавки. —Я теперь спешу, —сказал я, —мне надобно в редакцию, так что —спа­ сибо за прогулку. —Прощайте, Фаддей Венедиктович. Только когда же я узнаю о спасении лавочки? Вы не сказали. —Завтра, Александр Сергеевич, завтра. —Так скоро? Без денег? Ловлю вас на слове! —Ловите, ловите, Александр Сергеевич! Я подозвал извозчика и поехал в редакцию. А Пушкин, смеясь над моим глупым пари, махал с тротуара. 2 . Следующим днем, как обычно после выхода «Пчелы», с утра я работал до­ ма. Это время я уделял роману. Тут я старался изложить все то, что не попада­ ло на страницы газетные. Журналисты лишь сообщают о событиях, а писате­ ли растолковывают их смысл. Тут писатели, конечно, выше. Но не сообщи о событии журналист, и писателю не о чем рассуждать будет. Много места я уделил здесь теме просвещения. Этого касались мы и в раз­ говоре с Пушкиным. Просвещение есть источник гражданской свободы. Но чтобы достичь результата, нужно в правильном духе воспитывать молодежь