Сибирские огни, 2012, № 5

ОЛЬГА НОВИКОВА каждый у б и в а л л — К тебе поедем или ко мне? — небрежно так бросил, даже в глаза не глядя. Мужик невысокого росточка, лысый, но с большим эго. Распознав в нем изве­ стного газетного менеджера, расхохоталась от души. Шестым чувством поняла, что это всего лишь проверка на вшивость. И комплимент ее женским чарам. Никогда не лишний. Оценила его смелость. Как раз тогда все цитировали пассаж из ее материала про харрасмент: «На предложение начальника “Дай мне!” или в облегченном варианте “Магь, когда мы с тобой переспим ...” — девушки у нас уходят с работы. А надо в суд! В суд!» Слово за слово... Iкдалеко пошел, да рой нашел. Шеф сделал вид, что спонтанно предложил поработать у него, а на самом деле изучил вопрос: читал даже мелкие заметки в не самых раскрученных изданиях. Она тогда писала для глянца без обязательств со стороны работодателей. Жуть как неуютно. Касательно денег и занятости — то густо, то пусто. Что первым предложат, то и хватаешь, чтобы на бобах не остаться. Правда, никогда не демпин­ говала, за копейки не работала, и все равно попадала в нелепые ситуации... Согла­ шаешься слетать на кинофестиваль в задрипанную Анапу, и пропускаешь знако­ вую вечеринку в Монако, на которую зовут в последний момент. С оплатой всего- всего, включая бар в пятизвездной гостинице. Кусаешь локти, но даже никакого урока извлечь нельзя — во имя чего от средненького отказываться? Раз, другой покочевряжишься — и останешься у разбитого корыта. Тяжело, когда не ты выби­ раешь, а тебя ... Еще и мелочь всякая не боится подплыть с самыми неуместными предложени­ ями. Ограды вокруг тебя — никакой. Сама соображай, кого отшивать, а кого не стоит. Выучилась одни взглядом или даже просто излучением, как электрический скат, па­ рализовать мальков. Пригождается и сейчас, когда находишься под зашитой мундира респектабельной благополучной газеты. Обхождение теперь самое галантерейное, весь пакет социальных услуг, реальная помощь в покупке билетов, заказе гостиниц... И вот таких неожиданных звонков — минимум. — Извини, голуба, что отвлекаю... От чего, кстати? — не торопясь интересуется Василич. «Говорить или нет?» — мгновенно зажигается в голове Анжелы. Понятно, что шеф — человек вымуштрованный, спрашивает из вежливости... ну и из здравого соображения, что приближенным время от времени надо помогать. Никакие не чуйства, чистая прагматика: за реальную заботу получаешь преданность, основан­ ную на благодарности. Из государственных чиновников это мало кто понимает, а вот так называемые свободные предприниматели с крупными состояниями — почти все стараются установить человеческий контакт. Так промолчать? Анжела все еще колеблется, но задрожавшие губы сами рас­ сказывают про Нику. , — Я позабочусь, чтобы верные люди лично присмотрели... за филейчиками, — не заставляя себя просить, обещает Василич. Булгаковской шуточкой снижает пафос и— к делу. Без короткой паузы, в которую можно бы вклинить «спасибо». — Слетай сегодня в двадцать один на прием в «Пушкине» — я сам обещал быть, но никак... А игнорировать не хотелось бы. Выручишь?.. Василич оставляет на обдумывание несколько секунд, которые в таком корот­ ком разговоре кажутся щедрым промежутком. Анжела отнимает телефон от уха, чтобы посмотреть на экране время, и прикидывает, успеет ли за два часа привести лицо и волосы в порядок. Должна успеть, — приговаривает она сама себя и, контро­ лируя, чтобы в голосе была нехамская доля строгости — не то на шею сядет — соглашается. — Напишешь по-своему, вот и ладненько. Там, кстати, будет этот Бизяев, — добавляет он и отключается.