Сибирские огни, 2012, № 5

поэзия Екатерина ТУПИЦЫНА В СИБИРИ ПО-ПРЕЖНЕМУ ХОЛОД * * * Марине Юрьевне Тарасовой В Сибири по-прежнему холод, Марина Юрьевна. Медведи на улицу, конечно, еще не вышли, однако при морозах с утра, когда коченеешь до мозга костей, от опавших листьев и несуществующего дождя образуется слякоть, тебе хочется в теплой квартире закрыться и запереть дверь, чтобы никто не вошел, чтоб никто не нарушил покой, чтобы случаем не оказался какой-нибудь человек рядом, пришедший с морозной улицы и принесший с собою смерть всему теплу в комнате, вместо того, чтобтебя согреть. В Сибири по-прежнему холод, Марина Юрьевна. Даже в квартирах, по русским законам, никто не включил отопление, приходится одеваться в тридцать три вещи, себя согревая, оно, конечно, куда ни шло, но все же предел терпению наступает, когда с утра за окном туман, а стекла запотевают от сухого и влажного месива (вот такой вот оксюморон), вот в такие деньки мне кажется, что природа сдыхает, а мы какие-то гробовщики, упаковывающие её в ящик, как будущий образец идиллии, как примерный образчик. В Сибири по-прежнему холод, Марина Юрьевна. И дело не в том, что температура с ужасающей скоростью колеблется от теплых, кровавых вершин до холодных адских низин, а в том, что уже никому абсолютно не верится, что эта осень подарит тепло. Через стекла витрин отражаются ветки деревьев, скинувших летнюю роскошь: Эверестом вздымаются листья — достойно любой картины какого-нибудь мазилы из Первомайского сквера свиданий, впрочем, они поломали руки. Я лично видел обломки их очертаний.