Сибирские огни, № 3, 2010

ВИТАЛИЙ ЩИГЕЛЬСКИЙ ВРЕМЯ ВОДЫ Как и куда пошла пища, вылилось шампанское, пролилась водка, и чем все это закончилось — предугадать было нетрудно. Я потерял к винопитию и сопутствую­ щим ему процессам научный и человеческий интерес. Я возвратился к себе в каби­ нет, сел за стол и, чтобы привести мысли в порядок, принялся отшлифовывать под­ пись. Назначение вызвало во мне приступ мизантропии. Впервые за много лет захо­ телось домой, но дома у меня не было. Тяжелые мысли мог развеять только каперанг и он их развеял, ворвавшись вне­ запно и шумно и, похоже, уже изрядно приняв на груць: — Стихи пишешь, философ? — Ну что вы... Каперанг уперся кулаками в поверхность стола и с интересом посмотрел на меня: — Тоска по суше? — Типа того. — По дому? — Точно. — Я так и думал. Я долго думал, что подарить тебе и ... Вот, держи, — он протя­ нул мне пару ключей, соединенных медным кольцом, длинный ригельный и корот­ кий английский. — Это же ключи от моей комнаты! — догадался я. — Но она не принадлежит мне больше. Я отдал ее за долги. — За долги отдал, за долги и возьмешь, — подмигнул капитан. — Это невозможно. — Невозможно? Вздор! — каперанг недовольно наморщил нос. — Сверхвоз­ можно, говорю тебе я. Берешь полный «уазик» «бобров» и — вперед. — Юридически невозможно, — пояснил я. — Юридически? — смутился Косберг, но тут же нашелся: — Ну, и юриста по дороге найдешь. Сейчас юристов — как грязи. На месте и переоформишь. — А так честно? — Конечно. Ты работал на Родину. И она на тебя поработает: поощрит комна­ той. Даже не комнатой, отдельной квартирой. Так что, как приедешь, забирай всю. Ну, что сидишь? Собирайся, а то я передумаю... Для отбора квартиры у мало-охтинских я рекрутировал самых низкорослых «боб­ ров», постриг наголо и одел в яркие костюмы «ПУМА» китайской работы, чтобы спецназовцев приняли в криминальной среде за своих. Я не хотел кровавых разбо­ рок, поэтому каждый прошел инструктаж и был экипирован ящиком дагестанской паленой водки. План захвата бандитов по сути и духу повторял «Благотворительный пивной марафон» для олигархов в ресторане «Русский мир», план основывался на устойчи­ вых человеческих качествах: неумеренности, жадности и безусловной любви к халя­ ве. «Бобрам» надлежало проникнуть в квартиру под видом ищущих «дел» гастроле­ ров, войти в доверие мало-охтинских путем совместного распития алкоголя, дож­ даться, когда бандиты напьются, перемотать их скотчем и вызвать меня. Я понял свою ошибку, когда, не дождавшись условленного сигнала, самостоя­ тельно пробрался в квартиру. Грязь, пыль, копоть, остатки еды, осколки посуды и двадцать два поверженных тела — вот что я обнаружил, проводя археологические раскопки. И ни капли свободного алкоголя, только переработанный. Похоже, «бой­ ня» продолжалась всю ночь. Двадцать две проспиртованных мумии в спортивных костюмах я выложил в ряд в коридоре. Я собирался отыскать среди них старых знакомых — Ваню и Леху, тех самых, которые вымогали у меня комнату. Они были здесь, я это чувствовал, но отличить от прочих не мог. Так же как не мог опознать среди пьяных бандитов четверку «бобров». Пьяные люди похожи, пьяные гопники — похожи особенно.