Сибирские огни, 2008, № 10

АНДРЕЙ ДУДАРЕВ Ж к «ЭКЗОРЦИСТ РУССКОЙ ДУШИ» частично раскрыли, и, стало быть, таиться не надо, можно было громче о себе заявить. В эту пору К.И. Чуковский предложил А.И. Солженицыну свой кров (в Рязани уже было опасно находиться) - дачу в Переделкино. При этом можно говорить, что писатель и эти события, происходящие с ним, ощущает вполне религиозно: «Хотя знакомство с русской историей могло бы давно отбить охоту искать ка­ кую-то руку справедливости, какой-то высший вселенский смысл в цепи русских бед, а - я в своей жизни эту направляющую руку, этот очень светлый, не от меня зависящий смысл привык с тюремных лет ощущать. Броски моей жизни я не всегда управлялся понять вовремя, часто по слабости тела и духа понимал обратно их ис­ тинному и далеко рассчитанному значению. Но позже непременно разъяснялся мне истинный разум происшедшего - и я только немел от удивления. Многое в жизни делал противоположно моей же главной поставленной цели, не понимая истинного пути, и всегда меня поправляло Нечто. Это стало для меня так привычно, так надёж­ но, что только и оставалось для меня задачи: правильней и быстрее понять каждое крупное событие моей жизни»26. В этом ещё смутном исповедании веры уже кроет­ ся довольно глубокое мистическое чувство присутствия Бога, Бога действующего, Бога творящего, Бога спасающего... Скрываясь на даче, по приёмнику А.И. Солженицын слушает западное радио и внимательно следит за процессом Синявского-Даниэля. Из этого процесса А.И. Со­ лженицын делает вывод: «от этого шума придётся сатрапам избирать со мною ка­ кой-то другой путь»27. Он теперь решается вести себя «как можно дерзей». Возмож­ но, в это же время писатель слушает и проповеди прот. А. Шмемана, получая воз­ можность богословски подкрепить свою интуитивную веру «от опыта»28. Начина­ ются небольшие пока, но довольно яркие публичные выступления писателя (встре­ чи с интеллигенцией), где он не боится намёками то здесь, то там критиковать совет­ скую власть. Среди церковного круга общения того времени можно назвать имена о. Дмит­ рия Дудко и о. Александра Меня29. Можно говорить о дружественном и почтитель­ ном отношении о. А. Меня к писателю. Весной 1966 г. А.И. Солженицын делает последнюю редакцию «Архипелага». В это же время он с восхищением читает протест двух священников - о. Николая Эшли- мана и о. Глеба Якунина: «смелый чистый честный голос в защиту церкви, искони не умевшей, не умеющей и не хотящей саму себя защитить»30. В писателе крепнет намерение решительного выступления. Этой же весной он пишет небольшую заметку «Пасхальный крестный ход»31, где показывает всё бедственное положение церковных людей на приходе, которые даже в свой главный праздник, в пасхальное богослужение подвергаются высмеива­ нию, унижению и нападкам со стороны безбожного окружения. Перед тем как перейти к дальнейшему рассмотрению, попробуем ввести наше исследование в богословский контекст так, чтобы более отчетливо было заметно духовное измерение. И здесь нам может существенно помочь книга Иова. Именно она сможет послужить своеобразным «богословским ключом» к жизни и творче­ ству Александра Исаевича. В книге Иова мы читаем, как происходит спор между Иовом и его друзьями. Друзья в этом случае весьма похожи на школьных богосло­ 26 Бодался телёнок с дубом. С. 43. 11 Тамже, с.50. п «Давно уже я с духовным наслаждением слушал по “Свободе” в воскресные ночи, когда удава­ лось, проповеди “доктора философии, отца Александра” (фамилия ни разу не называлась), - и поражал­ ся, как неподдельно, современно и высоко его искусство проповеди: ни ноты фальши, ни миллиметра натяжки, без пустой дани обязательной форме, ритуалу, когда слушателю становится неловко или чуть стыдно за проповедника или за себя, - всегда сильная, глубокая мысль и глубокое чувство». Электронная библиотека Солженицына. 1972 г. п О. Александр Мень. Воспоминания. «Континент», № 88 , с.284-286. 10 Бодался телёнок с дубом. С. 59. 31 См.: Солженицын А.И. Пасхальный крестный ход.