Сибирские огни, 2008, № 2

— Слушай, слушай... Ты только не думай, что все это я говорю как бы из чув­ ства вины и долга... Ничего подобного! Поначалу, тогда, год назад, ну, когда ты меня спасла, да, тогда ничего и не было, кроме вины и долга... но сейчас... сейчас все совсем по-другому... Ты понимаешь? — Молчи! — зажала она ему рот ладонью. — Только не здесь, не сейчас... Потерпи до вечера. — Но ты понимаешь, что я хочу сказать? — Еще бы! Понимаю, конечно... И весь этот год ждала твоих слов... Но не здесь же! Он прижал ее руку к губам и что-то забормотал, никому, даже ей, не слышное, не понятное. Все смотрели на них с растерянными улыбками, переглядываясь и пе­ решептываясь. А потом стали разносить шампанское, иМитя захмелел, иАнна тоже захмелела, и они смеялись, как влюбленные дети, и приставали ко всем, чтобыте обязательно выпи­ ли за их счастье, и все пили и тоже смеялись, и поздравляли, и кто-то даже воскликнул полушутя: «Горько!»— и Мите вдруг показалось, что все это вовсе никакой не верни­ саж, а настоящая свадьба, его свадьба, их свадьба, та свадьба, о которой он мечтал еще в детстве, и которой у него никогда так и не было, и будто бы все эти люди— его гости, его друзья, пришедшие к нему на свадьбу— и сам мэр, и начальник управле­ ния культуры, и разрумянившийся от шампанского отец Виктор, и друг Денис, на которого невозможно обижаться, и бывшая жена Нина, и директор музея Желтовс- кий, и братья-художники всех мастей и возрастов, и вообще все-все-все... ГРОЗА А потом, поздним вечером, когда они уже мчались на такси домой, в свой укромный вагончик, в свою первобытную хижину, на свой необитаемый остров, — над ними разразилась гроза. Небеса раскололись от грохота грома — и хлынул ли­ вень. Водитель остановил машину возле кладбищенских ворот, которые на ночь были заперты. — Дальше нельзя, — сказал он, оборачиваясь к Мите сАнной, сидевшим сзади в обнимку. — Будете выходить? — Отвезите нас наверх по окружной дороге, — попросила Анна. — Там есть потайная калитка, я знаю. Оттуда нам будет ближе. Шофер кивнул, и машина рванула вверх по пустынной дороге. Ливень хлестал в лобовое стекло, сверкали со всех сторон молнии. — Ну и погодка,— сказал шофер. — Замечательная погода! — воскликнул Митя. — Просто чудесная! — А вы чудак, — хмыкнул шофер. — Он не чудак, он художник, — сказала Анна. — Ну, вот мы и приехали. Расплатившись, они вышли из машины— и тут же попали под дождь. — Иди сюда! — крикнула Анна. — Переждем под деревом! Громадный старый тополь стоял на вершине холма, у подножия которого и далеко в обе стороны расстилалось бескрайнее кладбище. Митя с Анной, крепко держась за руки, прижались к стволу дерева. Над ними бесновалась гроза, оглуши- тельные раскаты грома походили на канонаду, на взрывы гигантского порохового склада, а зигзаги фиолетово-белых молний слепили глаза. — Конец света, — восторженно прошептал Митя, обнимая Анну.__Тебе не страшно? — Рядом с тобой — нет... — но в голосе ее звучала тревога. А скажи, вдруг спросил он, почему ты за все эти годы так и не вышла замуж? У меня вообще никого не было, сказала она. — Ни разу... за все двадцать лет... — Почему?