Сибирские огни, 2008, № 2

ВАЛЕРИЙ КАЗАКОВ № ТЕНЬ ГОБЛИНА другими названиями, однако суть ее остается неизменной — в частном порядке и за приличные гонорары оказывать услуги все той же верхушке государственных управленцев. Как-нибудь на досуге понаблюдайте за поведением больших госу­ дарственных мужей, от сановного рыка которых так много зависит в нашей жизни, и вы обязательно обратите внимание на странных людей, вольно слоняющихся по залу во время важных совещаний, передающих председательствующему некие за­ писки, а то и впрямую шушукающихся с сановным начальством. Шепнул такой че­ ловек что-то в высочайшее ушко, и совещание пошло совсем по другому руслу. Вот это и есть «стрелок», или даже «бригадир стрелков», негласного коллектива приватных экспертов и советников, фамилий которых нет ни в каких штатно-долж- ностных расписаниях. Люди эти сродни литературным «неграм», которые тонна­ ми кропают за кого-то ходовую макулатуру. Правда, в отличие от последних, эти мудрецы огребают неплохие деньги и официально трудятся в различных научно- исследовательских институтах и хитромудрых гуманитарных фондах, на счетах которых оседает немалая часть отечественного бюджета. И все чин-чинарем, ни один прокурор носа не подточит. Да и что ему точить, когда у генерального своих внештатных советчиков целая орава. Малюта ни в какую контору не пошел, да и не взяли бы его после того переполо­ ха в Совете, а работал так, в одиночку, добывая, ще удавалось, «на хлеб и масло», благо, связи и знакомства имеют особенность исчезать только вместе с человеком... Однажды в тихом московском кафе Скураш лениво тянул свой кофе и дожидал­ ся клиента, который заказал ему статейку для одного популярного глянцевого жур­ нала. В зале было тихо, немноголюдно, приглушенный свет мягко скользил по оби­ тым темными панелями стенам. — Малюта, ты, что ли? Неужели снизошел до простого люда и решил спустить­ ся на грешную землю? — прямо от входа, широко распахнув для объятий руки, к его столику двигался высоченный широкоплечий мужчина кавказской наружности с копной черных непослушных волос. — Геворк, сукин ты сын! — радостно поднялся ему навстречу Скураш. — Ара, у вас, русских: как чурка— так сразу и сукин сын. Своей мамы я сын, она, кстати, недавно о тебе спрашивала. Ну, здорово, дружище! — и он сгреб Малю- ту своими крепкими ручищами. — Привет, брат, садись ко мне, такую встречу грешно не отметить! Мы с тобой целую вечность не виделись, так, на звонках всё... — Не встречались, дружище, не встречались, — пытливо вглядываясь в лицо друга и стараясь распознать, насколько тот изменился за эти годы, произнес кавка­ зец. — С тех пор, как из горящего Баку уехали. Только за то, что тогда моей семье помог от резни уйти, я тебе до фоба обязан буду. — Да, брось ты, Геворк, обошлось все, и слава Богу. Не столько меня благода­ рить надо, сколько твоего соседа, азербайджанца, забыл, как его звали... — Мурад. — Вот если бы этот Мурад твоих у себя в квартире не спрятал, я бы со своей группой опоздал. — А знаешь, через неделю убили ведь Мурада, свои же на заборе распяли. Какая-то сука настучала, что армян прятал, — кавказец горестно махнул рукой и, скинув с могучих плеч коричневую вельветовую куртку, уселся за столик напротив старого друга. — Все, давай завязывать о грустном, почти восемь лет не виделись... Кофе бу­ дешь? — Скураш махнул рукой официантке. — Добрый день, Малюта Максимович, я к вам...— у столика появилась худоща­ вая девица в короткой кожаной юбке и забранными вверх волосами. — Какая приятная неожиданность, — с усмешкой отозвался Скураш и указал рукой на стул. — Присаживайтесь, пожалуйста... А это мой старинный приятель, сын гордого Арцаха, Геворк Амирян. — Ну что же, Малюта, — состроив улыбку незнакомке и явно пряча досаду, засобирался Геворк, — я тут пойду, погуляю пока. Посмотрю там всякие подарки- шмодарки... 44