Сибирские огни, 2007, № 5

ке». За свой благородный поступок он «от­ сидел» два года. Попытка восстановить спра­ ведливость, разобраться с бессовестно об­ манывающим его и брата заготовителем чуть не оканчивается для него новым сро­ ком. Никаких честных отношений нет меж­ ду людьми даже в этих таёжных местах, даже между соседями. Только лицемерно гово­ рит о соседстве Митрич, а сам пользуется беззащитностью и Мишки, и его родителей. Такова увиденная писателем безжалостная правда ностальгически вспоминаемого нами времени «застоя»: уже тогда жили «по поня­ тиям». Такое же потребительское отношение к мужу, брату Мишки, у Николаевой жены Нюрки. Тот становится рабом своей алчной и сварливой жены. И эта женщина тоже за­ ражена вещизмом. И у неё в магазине огнём горят глаза при виде тряпок. И она Закупает их без меры. А кто эти наряды, оплаченные таким тяжким трудом мужа-охотника, и в жгучий мороз, и под проливным дождём добывавшего эти шкурки, увидит? На груст­ ные мысли о том, что ценой гибели приро­ ды оплачивается роскошь нынешних потре­ бителей, наводит этот рассказ. Рассудочна и меркантильна и героиня повести «Небесное создание». Её речь кон­ трастна её внешности: ослепительная, небес­ ная красота и вполне земные, циничные представления. И она «потребляет», хладнок­ ровно пользуется любовью Алексея, готов­ ностью его ради неё на всё, даже на смерть. 'Но ему даже неважно, как она к нему относится. Он счастлив тем, что любовь (впервые в жизни!) вдруг ярким светом оза­ ряет его жизнь, которая до встречи с Алёной — «небесным созданием», как он её назы­ вает, была бесцельным во многом существо­ ванием. Но ведь у него были любимая рабо­ та, общение с природой. Неужели этого мало для человека? Да, для человека с поэтичес­ ким складом мало. Нужно «небесное созда­ ние», «чистейшей прелести чистейший об­ разец». Ведь для того, чтобы труд не был меха­ ническим, бездушным, чтобы «гореть» ра­ ботой, нужна энергия, и эту энергию даёт человеку любовь: «Любить —- это значит вглубь двора вбежать и до ночи грачьей ру­ бить дрова, силой Своей играючи». Душа без любви пустая. «А всё-таки хорошо, что ты поселилась в моей душе. Что ты есть на све­ те. Что можно любить тебя без взаимности. Уже этим ты делаешь меня счастливым». В этой повести и в рассказе «Красные лисы» есть одинаково начинающиеся пред­ ложения. Героев этих двух произведений «от всего спасала работа». Как в стихотворениях повторяемые слова являются ключевыми, выражающими идею стихотворения, так и в произведениях Е. Гущина это повторение говорит о том, что работа — главное в жиз­ ни. Его героев она одухотворяет, становится сродни творчеству. Иван, герой рассказа «Красные лисы», тракторист, считает рабо­ ту на поле самым главным для себя заняти­ ем и, самое главное, святым. Это возвышен­ ный, благородный человек. Думаю, что только для героини этого рассказа, тоненькой рыжеволосой девушки, которую так возвышенно любит Иван, под­ ходит придуманное Алексеем для Алёны имя —- небесное создание. Она-то ведь и не хо­ дит, а как бы летит над землёй. Вот такая у этой девушки походка. Ничего постыдного нет в отношениях этих героев, созданных друг для друга, понимающих друг друга без слов. Наоборот, эти отношение трогательно­ застенчивы, как букетик ромашек, что дарит девушке Иван. Эта любовь раскрывает в Ива­ не таившуюся под спудом до поры до вре­ мени способность тонко чувствовать пре­ красное. Для него вдруг открылся мир му­ зыки, и он стал понимать симфонии. «Уши открылись. Да что там уши! Глаза и те по- новому видят. И вот это полюшко с малолет­ ства знаю, а только недавно разглядел, какое оно красивое». Оказывается, не только по­ этам нужны музы, чтобы жизнь для них на­ полнилась новым светом, обрела смысл. Герой рассказа, как и его любимая, находит в себе силы отказаться от этой любви, и в этом решении тоже проявляется благород­ ство этих достойных друг друга людей. Не может любовь оплачиваться чьим-то стра­ данием. Случайно ли, что лишь одна она — не­ бесное создание? Много ли таких созданий в современной жизни? О ком мечтать? Кому посвящать своё творчество? На кого молить­ ся? Кому сказать: «Только свети, свети»? Оказывается, это просто необходимо: знать, что есть порядочные девушки. Даже «новым русским». Герой рассказа «Чужой праздник» совсем не похож на их типичных представителей. И в детстве, и в юности жил, как все. «Купился», как многие, на новые лозунги «Обогащайтесь». Но мать-то его на том комбинате работала, что и мотальщица Ольга, которую по непонятной прихоти он приглашает в ресторан отметить свой день рождения. Хотя для меня ничего непонятно­ го в этом его поступке нет. Мужчина под­ спудно хочет видеть избранницу похожей на свою мать. Наверное, Ольга и напомнила её этому мужчине. И твёрдостью убеждений, и неподкупностью, и всё тем же так привле­ кающим меня в лучших героях Гущина бла­ городством. Как серебро обеззараживает воду, так люди благородные делают чистым пространство вокруг себя. Всё есть у этого «нового русского», нет только вот такой чи­ стоты. В чужую компанию попадает этот ге­ рой. В компанию тех, кто противопоставлен