Сибирские огни, 2007, № 5

Софист— наоборот: глядя на легкий, с первого раза, успех товарища, поверил в близость удачи. Однажды утром он даже признался, что ему только что приснилась «конечность Фортуны» — то ли собачий хвост, то ли павлиний шлейф, в котором преобладал синий цвет. Это, по его мнению, был знак свыше или сигнал подсозна­ ния: рискуй и (как следствие) пей шампанское! Вообще Софист после «порыва с органами» пребывал в странном, не характерном для его кипучей жизни, состоянии: иногда ходил на занятия, бесстрастно читал, много спал. И только глубокие вздохи средь ночей, да горячечный взгляд по утрам мог говорить внимательному Анато­ лию, что виноград нового сбора уже бродит в чанах души его сожителя, скоро созре­ ет вино, ударит в голову и воспламенит вялое сердце. Сто свалившихся с неба рублей быстро иссякли, и Анатолий, не верящий в чудеса, решил наконец обрести постоянный, пусть небольшой, но надежный, источ­ ник дохода, сейчас состоявший только из стипендии. Поиск доходного места погонял его по ближайшим объектам: детским садам, коммунальным конторам и прочим незамысловатым пунктам приработка пенсионеров и студентов. Всюду Анатолия преследовала неудача: все посты сторожей, дворников и грузчиков оказывались либо занятыми, либо не устраивали его по режиму работы. И вот в конторе городского банно-прачечного управления «безработному» посоветовали обратиться в баню, в которой мылось все население окраинного рай­ она, расположенного в пяти автобусных остановках от института. Баня являлась достопримечательностью не только района, но и города. Главная особенность ее, насколько было известно Анатолию, заключалась в том, что основ­ ное помещение имело круглую, вернее, цилиндрическую форму — шахматная ла­ дья, тура, к которой прилепилось два прямоугольных пристроя. Возможно, это со­ оружение, расположенное на высоком берегу реки, еще несколько десятков лет назад выполняло какую-нибудь сторожевую роль. Во всяком случае, сходство с крепостью являлось несомненным: нештукатуреные стены из серого крупного кирпича, зареше­ ченные окна первого этажа в сажени от земли... Как водится, достопримечательность и есть надежный ориентир: гдерасположен такой-то магазин?— «возле круглой бани»; где сегодня хорошее пиво?— «у кругляка»; где помылся?— «в кругляшке»... Рядом веселили взор новостройки, но баня, казалось, сопротивлялась архитек­ турной новизне, как символ консерватизма или, точнее, регресса, держа вокруг себя семейство древних построек: бревенчатых домиков, ларьков, дощатых заборов... Анатолий испытал чувство неясной тревоги, когда после недолгого созерцания стойкого объекта отмирающего зодчества, вошел в помещение бани, где его тут же накрыло духом сырого погреба, знакомого с детства и всегда сопряженного с при­ сутствием крыс, пауков и нечистой силы... Впрочем, тревога ушла на задний план, гонимая интерьером типовых городских учреждений, каковые Анатолий, любив­ ший попариться, иногда посещал: касса, коридоры, лестница, двери с табличками. Взору Анатолия предстала, согласно вывеске на двери кабинета, куда он вошел со своим кадровым вопросом, заведующая баней, представившаяся Жульен Ибра­ гимовной Гайдамак, — смуглая женщина, в возрасте, но успешно молодящаяся, сухая и гибкая, мелко завитая, искусно накрашенная, курящая «Беломор». Ее движе­ ния были нервны, взгляд пронизывающ, обороты речи безграмотны, а выговор имел и вовсе смешную особенность: впереди многих слов упрямо лезло краткое «и»: йкадры, йработа, йзарплата... — В нашей йбане, -—щурясь от дыма, скрежетала заведующая прокуренным голосом, въедаясь глазами в собеседника и через каждую секунду, без видимой на­ добности, грациозными щелчками стряхивая пепел в закопченную пепельницу, —- многие бы хотели работать постоянно. Поэтому у нас, можно сказать, йконкурс. Впрочем, Гайдамак, которая, оказывается, в глубокой юности тоже была сту­ денткой и имеет, кстати, средне-специальное образование (неполное), очень быстро перешла на неофициальный тон. Выяснилось, что должности ночного сторожа в банном штате нет, но эти функции выполняет бригадир второй смены, который на­ ходится на работе с восьми вечера до восьми утра, поскольку производственный процесс носит практически круглосуточный характер. — Одного недавно уволила... Спился, подлец, обычная история, -—доверитель­ но сообщила Анатолию заведующая, по-прежнему внимательно, но уже как-то мяг­ ко его оглядывая. Затем заговорила более решительно и определенно: — Слушай, Анатоль! Я знаю, что студенты тоже в этом смысле бывают не подарок. Но у меня 2 Заказ № 819 ЛЕОНИД НЕТРЕБО БАНИЩЕ