Сибирские огни, 2007, № 5

Для людей, которые могли позволить себе только самое необходимое, двухме- ^ сячная стипендия — более восьмисот рублей — хоть на короткое время обещала К передышку в трудной жизни. Ё? -—Нет, обещали выдать в последней пятидневке июля. И — Ладно, переживем как-нибудь... § Это «как-нибудь» в быту почти все время было одной из доминант жизни, уни- н жавшей людей. Не отсюда ли начинается наше знаменитое «авось»? ^ Чтобы хоть как-то укрепить семейный бюджет, Борис решил найти временную И работу, но посещение лесной перевалки и товарной конторы на вокзале лишь огор- Я чило его — ни там, ни тут работники не требовались. И тогда он решил, что в конце щ июля съездит за стипендией. Здесь нужно было только уточнить одну проблему: а ^ как добираться до Томска? Проезд на законных основаниях туда и обратно в общем ^ вагоне стоил около ста рублей, что существенно облегчило бы полученную стипен- К дию, и Борис принимает решение воспользоваться способом, известным ему по ^ кинофильмам и рассказам знакомых людей — проездом на крыше вагона, см Проснулся он в три часа ночи, стараясь никого не разбудить, быстро оделся, ^ взял четверть буханки хлеба с повидлом и вышел на улицу. Дома осталась записка: «Поехал за стипендией, скоро вернусь». Хождение по ночному городу в то время не а представляло никакой опасности, и, последовательно минуя улицы Трудовую, Уриц- '.ТУ кого, Сталина, Ленина, минут за тридцать он дошел до вокзала. Через десять минут поезд должен был отправиться в Томск. Ночная станция Новосибирск-Главный на стыке ночи и утра была сказочно ^ красива и поражала множеством перекрещивающихся лучей прожекторов манев- ровых паровозов, лязгом вагонных амортизаторов, запахами от смеси паровозного 0 дыма и пара, суетой пассажиров и носильщиков, трансляцией команд диспетчеров. Ы Энергия станции казалась безграничной, ее избыток вливался в тела людей, застав- 03 ляя их двигаться быстрее и быстрее. § Теперь все это осталось позади, и сейчас Борис, распластав ноги и держась за вентиляционный патрубок, лежал на крыше несшегося вагона. Расслабленное его состояние переходило в напряженное— в те моменты, когда шли встречные поезда. Тогда раздавался протяжный угрожающий звук, а крышу вагона обдавал жар от паровоза, и она на какой-то миг тонула в дыму. А в остальное время путешествие было в чем-то даже приятным: хорошо подрессоренные вагоны плавно покачива­ лись в вертикальной плоскости, а на входных стрелках проносившихся мимо станций к этому добавлялось раскачивание вагона в горизонтальной плоскости. Поезд имел статус «скорого» и по абсолютному большинству станций он следовал на проход. В положении Бориса было одно преимущество: пока он находился в горизонтальном положении, ему не нужно было принимать никаких решений, а ведь часто мы испы­ тываем дискомфорт лишь оттого, что нужно что-то решать, нужно найти лучший ответ на подчас трудные ситуации, а простых ответов нет, вот и маемся. А здесь все просто: лежи и смотри вниз за тем, что там на земле происходит. А на земле все было, как обычно: на станциях к поезду выходили дежурные в красных фуражках со свернутыми желтыми флажками, но они смотрели вниз, на колесные пары, не дымят ли они, верх вагонов их не интересовал. Иногда на перронах в ожидании пригородных поездов толпился простой люд, на переездах у закрытых шлагбаумов, в ожидании, когда они откроются, вереницами выстраивались полутор­ ки, ЗИС-5 и конные повозки — словом, картина была монотонной. И эта монотон­ ность, и ритмический перестук колес на рельсовых стыках иногда погружали Бориса в поверхностное забытье, которое, однако, быстро проходило, и первые попавшиеся мысли возвращали его к реальности окружающего мира. Он вдруг ощутил бесправ­ ность своего положения: едет без билета, на любой остановке его могут «снять» с крыши и доставить в милицейскую контору, а там, как известно, разговор короткий, а дома-то ждут... Впервые здесь, на крыше вагона, он понял, как важно человеку иметь хоть ка­ кой-нибудь статус. Какими счастливыми ему казались пассажиры поезда: у каждого из них есть свое место в вагоне, есть чистое белье, они свободны в выборе своего режима, хочешь— читай, хочешь— отдыхай, хочешь ешь или пей чай. Да вот ведь беда: хорошее быстро становится чем-то обыденным, все хорошее мы воспринима­ ем только тогда, когда это хорошее или прибавляется, или убывает. А между тем, поезд, задержавшись на несколько минут, миновал станцию Бо- ^ 2 лотное. Впереди через сорок километров была Юрга. Здесь поезд по мосту Пересе­