Сибирские огни, 2007, № 2

ВЛАДИМИР ТИТОВ 85% ЧАС КУЗНЕЧИКА вот окно, погляди, чей морозный узор кроткой привязью чествует лающий взор: зацветает ли куст осторожным огнем, зренье видит, и ходит, и мается в нем, и такая волнуется там немота, и Господь там — не тот, и Премудрость— не та, —• но сухая зима и ночное твое за спиною дыханье, объятья, белье, кружева ли— все то же пыланье куста в нижнем левом оконного — слышишь? — креста... и последний узор — в непроглядном дому все круженье от умной печали к Нему. ПАМЯТЬ где горный заяц ночевал — примятая трава: и черный имени провал, и детские права; лес слева темен, справа бел, а на дорожке мы, и небосвод не опустел среди зимы; окно, цветущее в дому, уже недалеко— и не вернуться одному в траву— легко... ПЕТРОВСКОЕ— ИРКУЦК не хлопочи — ольхонского песка что горсть тебе — спешащая растрата всего, чем это сердце виновато, тот чёрен день, та жалоба близка; еще затем, что свет смелее тьмы — не осуди... так далека погоня высокая — что разве из ладони по-птичьи не испробовал вины; вернешься ли? какое баловство: созвездья над усадьбою арапа то высились, а то ведут куда-то— к широкому молчанию Его.