Сибирские огни, 2006, № 1

— Избранности? Кем? — удивленно спросил Кормлев. — Избранности жизнью. — Для чего? Для чего избранности? Избранности куда? —Для жизни. В ряды созидающих, творящих будущее. — Я не хочу ни в какие ряды! Я не хочу никуда избираться! Никогда не хотел, а сейчас — тем более! — А чего же вы хотите, Сергей Витальевич? — человек остановился, заглянул ему в глаза. — Просто жить,— Сергей пожал плечами. — Жить в этой стране, в этом городе. Делать то, что я люблю, и чтобы мне ничто не мешало просто жить и просто что-то делать... Человек засмеялся, подхватил его под руку, и пошел дальше. -—Красиво!— протянул человек с тросточкой. — Просто лучезарная пастораль получается на фоне Петропавловской крепости! Я не думаю, что это возможно. — А что вы думаете о «Патрисианне»? —А что о ней думать! Хорошее кафе, хороший персонал, хорошие люди, чисто, уютно, приятная музыка... — Вы же знаете, о чем я спрашиваю! — Нет, не знаю. Может быть, догадываюсь. Но этого мало. — Мало для чего? — А для чего угодно. Даже для «Патрисианны». — Так что же такое «Патрисианна», Сергей Витальевич? — спросил Кормлев. —Мне кажется, вы знаете больше, чем говорите. — А вы что по этому поводу думаете? — А я уже и не знаю, что думать, — вздохнул Кормлев. — Может быть, моя иллюзия? — О, нет! — человек засмеялся бархатным, глубоким смехом. — Даже не пы­ тайтесь скрыться, убежать в безумие! Вы же были в сумасшедшем доме, видели, что такое иллюзии... Похоже это на иллюзию? — Да нет, не очень, — уныло ответил Сергей. — Может быть, двери, какой-то проход в параллельный мир?— предположил он. — Ну-у, — разочарованно протянул человек с тросточкой. — Сергей, Сергей! Давайте обойдемся без этой пошлятины. —А что же тогда?.. Может быть, мечта? Мечта. Воплощенная мечта, розовыми прописными буквами! — Прописными буквами, — в тон ему повторил человек. — Красиво. Но нет! Вряд ли! Не тянет она на мечту! Очень похожа, но не тянет. Мечта это нечто идеаль­ ное. А «Патрисианна», там ведь все похоже на жизнь и порой далеко от идеала. Но вы ведь видели... —Да, видел, — как-то горько ответил Сергей. — Видел, к сожалению. — Ну-у, это вы зря,— протянул человек. — Не надо ни о чем сожалеть, Сергей! Как знать, как оно еще там обернется все?.. — Так что же все-таки это такое, «Патрисианна»? — Кафе. Уютное, теплое, где «вас ждут в любое время», Сергей! Кафе, у которо­ го один вход и два выхода. — Два? — спросил Сергей. — Да, два! И не важно, куда вы вышли, важно, куда вы вошли! — А сфинксы? — Какие сфинксы, Сергей? Вы опять говорите загадками? — Египетские!С набережной у Академии художеств, — сказал Кормлев и уны­ ло добавил: — Ёшкин фафик! — А что с ними не так? Чем они вас беспокоят? — Меня? Да, собственно, ничем. — Ну, тогда зачем вы спрашиваете? — Да я и сам не знаю. Просто видел вас с ними на льду Невы. — Меня? — усмехнулся мужчина. — Вы уверены, что это был я? - Д а ! 85 ДМИТРИЙ ОГМА КАФЕ «ПАТРИСИАННА»