Сибирские огни, 2006, № 1

ДМИТРИЙ ОГМА Ж КАФЕ «ПАТРИСИАННА» та жалобно скрипнула, и его обдало затхлой, теплой, вязкой сыростью из темного коридора, уходящего в чрево подвала. Где-то в глубине мелькнул луч света. Сергей наклонился и вошел. Он на ощупь пробирался по тесному, захламленному коридору, то и дело спотыкаясь обо что-то и смахивая с лица липкую паутину. Коридор свернул налево, и в проеме Сергей увидел качающуюся на проводе подслеповатую, грязную лампочку, освещавшую убогое помещение, хаотично набитое ржавыми трубами, обернутыми в драную, пыльную мешковину. Сергей вошел. Какая-то тень мелькнула справа и скрылась в нагромождение труб, уходящих в полумрак. — Эй, кто там? — крикнул Сергей. — Есть тут кто? Я хочу только спросить. Из-за труб в полосу света высунулась помятая, обросшая щетиной физиономия в грязной вязаной шапке. — Ты кто такой, чего тебе надо?— угрожающе зашепелявила физиономия. — ЯСергей! Ищу своего знакомого... стележкой,он мне нужен. — A-а! Знакомый, значит, — физиономия расплылась в улыбке, обнажив остат­ ки гнилых зубов. Из полумрака вылез, отряхиваясь, бомж, а за ним по очереди еще двое, такого же вида. Доброжелательно, но с опаской поглядывая на Сергея, они расселись на перевернутые деревянные ящики из-под фруктов. — Ну, садись, раз уж пришел. Меня Дима зовут, — сказал бомж в вязаной шапке. — Ему Некрасова! Сергеича ему! Валентина Сергеича надо, — заикаясь и кон­ вульсивно дергаясь, дергал за рукав Диму его аналогичный приятель. Дима отпихнул догадливого, шмыгнул носом и уже как-то серьезно и делово сказал присевшему на ящик Сергею: — Нету твоего Сергеича, ушел. Сиди уж... Скоро придет. Дела у него, понима­ ешь? Бомж разлил из бутылки по грязным пластиковым стаканам какую-то жидкость, протянул один стакан Сергею и, скорее утвердительно, чем вопросительно, сказал: — Будешь? За знакомство! Сергей хотел было отказаться, но махнул рукой, взял стакан и залпом выпил. Горло обожгло, в нос ударил едкий запах какой-тотехнической жидкости. «Ацетон?!» — подумал Сергей, глядя на осклабившуюся физиономию бомжа, довольного та­ ким эффектом. Его замутило, в глазах поплыло, закачалось, замелькали ящики, открытые кон­ сервные банки, улыбающееся лицо бомжа, трубы, лампочка, грязная вязаная шапка в полоску... Очнулся он оттого, что кто-то тормошил его и шептал шепелявым голосом: — Эй, Серега, вставай, пришел твой приятель! Сергей открыл глаза. Из радужных размытостей перед ним появилось радост­ ное лицо Димы. Напротив, на ящике, сидел новый персонаж в потертой залатанной дубленке, отличавшийся от прежних только этой дубленкой и изрядно помятой ков­ бойской шляпой. Рядом с ним стояла хозяйственная тележка с притороченной клет­ чатой сумкой. — Это не он, — не узнавая своего голоса, прохрипел Сергей. — Как это не он? — лицо Димы приняло растерянно-огорченное выражение. — Он это! Некрасов, Валентин Сергеевич! Во всей своей красе! — Дима толкнул Сергея в плечо. — Ты чего? — Я пойду, мне надо идти, — борясь с тошнотой, сказал Сергей и на непослуш­ ных ногах пошел по коридору к выходу. Ему что-то кричали вслед, но он уже не слушал, продираясь вверх по загроможденной сырой лестнице и стряхивая с лица липкую пыльную паутину... Сумерки, туман, капающий кран... «Повесть... Повесть... Он говорил о повести. Что мне нужно было там сделать? — вспоминал Сергей. — Изменить финал? Да, он так и сказал, этот Семенов: «Изме­ 42