Сибирские огни, 2006, № 1

— Здрасьте! Свет, холл, калорифер, прыщавое лицо швейцара, улыбка во все лицо. — Позвольте ваше пальто? — Здравствуйте, Даша! — Ах, вы наконец-то запомнили?— Даша засмеялась и скрылась в дверях гар­ деробной. В зале к нему опять подскочил неизвестно откуда взявшийся Панфилов. — А, Серега, привет! Хорошо вчера погуляли! А Лидочки сегодня нет. Извини, извини!Обиделась. Да, да! Нельзя так расставаться с женщинами, старик! — увещевал Панфилов.— Ты подумай, подумай. Весь вечер за ней ухаживал, а потом вот так... — Как «так»?— Кормлев удивленно взглянул на него. —Онатебя приглашала, аты отказался... Нельзятак, нельзя! Ну, извини, мне неког­ да, я побежал, меня ждут! А тебя, кстати, Семенов искал,— вспомнил Панфилов. — Семенов? Какой Семенов? — Так, опять начинается. Старик, кончай свои дурки, не смешно уже!.. Вон он, за столиком справа, сидит, лысиной светит. Иди, иди, у него для тебя сюрприз. Только я тебе ничего не говорил! — Панфилов подмигнул и растворился... — Сережа! — говорила ему не на шутку уже обеспокоенная мама. — Ты зна­ ешь, который сейчас час? Ты помнишь, что у нас есть телефон? Что у тебя есть еще мама, которая беспокоится? Что тебе завтра, сегодня уже, на работу? Почему от тебя пахнет духами? Где ты был? Ты начал пить, Сережа? Почему у тебя такой вид, как у кота, нализавшегося валерьянки? Если ты не одумаешься, то сопьешься и станешь пьяницей, болтающимся по улицам! — Почему «болтающимся по улицам»? — Потому что тебя выгонят с работы и не возьмут на другое место. Коммунизм кончился, Сережа, сейчас пьяницы никому не нужны! — Социализм! Коммунизм мы построить не успели, — поправил ее Кормлев. — Иди спать, Сережа, — вздохнула мама и ушла на кухню. Спертый теплый воздух, затхлая сырость, запах типографской краски и газетной бумаги. —- Сережа, ты опять опоздал! — надув губки и укоризненно качая головой, говорила Ниночка. — Босс просто озверел!Я ему сказала, что послала тебя в типог­ рафию, и ты будешь через пять минут, а прошло уже двадцать! Оставляй у меня пальто и быстро иди к себе... Быстро! «Что он сказал? — напряженно вспоминал Кормлев, перебирая очередную кор­ ректуру. — Что он сказал, этот Семенов? Где мы с ним познакомились? Он что-то сказал, и я сразу вспомнил. И узнал его, а теперь забыл опять. Семенов, Семенов. Виктор Альбертович. Ах, да! Университет, кафедра. Он был лаборантом. Четыре года он был лаборантом, а теперь у него своя редакция. И два раза в год мы с ним ездим на рыбалку... Какая рыбалка? Я ни разу не был на рыбалке! А вчера почему- то вспомнил, что был. И, оказывается, чего-то там поймал. И Семенов мне до сих пор завидует...» — Сережа, вы сменили свою зеленую ручку?— Валентина Михайловна, «зам», стояла перед его столом и недоуменно рассматривала листки бумаги сквозь приспу­ щенные очки. — Сережа, перестаньте оригинальничать. Где вы нашли такой отвра­ тительный розовый пастик? Я не брюзга, Сережа, но ведь ничего не разобрать! «Семенов, Семенов... Лысеющая голова, острый колкий взгляд. Где я его видел? — вспоминал Кормлев, перебирая бумаги.— Ах, да! Университет, лаборант, рыбал­ ка. .. Какая, к черту, рыбалка?» — Сережа, пойдем пить кофе, — мягкий, теплый голос Ниночки. — Шурочка принесла сегодня торт «Сюрприз». Шоколадный! Пойдем скорее, а то нам ничего не достанется. «Сюрприз, сюрприз, — думал Кормлев, похрустывая вафельным тортом. — Семенов приготовил мне сюрприз. Какой?.. Не помню! Он весь вечер говорил о рыбалке, о том, как доставал для меня архивные курсовики, какой я был лодырь в ДМИТРИЙ ОГМА КАФЕ «ПАТРИСИАННА»