Сибирские огни, 2006, № 1

полковник Никто потом так и не вспомнил, как он появился в нашей компании. Правда, кое- кто был склонен думать, что его привела с берега Вика. Наша вечная странница и искательница приключений Вика. Которая и сама-то то исчезала на день-другой, то появлялась до предела взвинченная, с сияющими глазами и нервно подрагивающи­ ми губами, то, наоборот, подавленная, в помятых шортах и даже непричесанная как следует. Я, признаться, тоже был склонен думать, что именно с нею пришел к наше­ му ежевечернему, ставшему почти ритуальным, костру этот странный человек. Но когда мы ей об этом сказали, она только пожала плечами, что означало: да пошлите вы, это ваша проблема, а меня в нее не впутывайте... И кто первый назвал его Полковником— тоже никто не смог вспомнить. Каза­ лось, он, прямой и стройный, гвардейского роста, так и появился вместе со своим именем, которое мы мгновенно и машинально усвоили. Потому что никакое другое имя ему не подошло бы. Ну не смешно ли прозвучало бы, если б кто-нибудь из нас назвал его вдруг Семен Семенычем или Аркадием Петровичем, будь это имя и под­ линным именем Полковника. Было в нем что-то не просто располагающее, а прямо-таки завораживающее. Во всяком случае, женщинам он понравился сразу. Особенно Вике. Вот почему потом, когда все это произошло, первый вопрос мы задали именно ей. Вика, она, воспринимавшая все необычное как начало нового приключения, сразу приняла его под свою опеку. Уступила часть камня рядом с собою. Теплого, нагретого то ли костром, то ли недавно ушедшим за дальний лес солнцем, то ли ею самой. Кажется, именно она подала ему и пластиковый стакан, и тарелочку с салатом. Она-она! Жен­ щины это сразу вспомнили. Некоторых это даже задело. В нашей компании были красавицы и пороскошнее. Вика не могла тягаться с ними. Но потом они, кажется, все сразу разглядели в нем что-то такое, что не способствует развитию романного сюжета. Выпив лишнего, Вика однажды пропела: «Ни в одну девчонку...» Даже флирт, легкий и такой азартный вначале, потом вдруг увял. Полковника интересовало другое. Только не женщины. Хотя, как я теперь пони­ маю, они, именно такие умные, красивые и обаятельные, тоже должны были стать частью его сюжета. Запланированными зрителями заранее спланированной траге­ дии, в которой никому не было дано права играть свою роль понарошку. Вика. Что ж, возможно, именно она знала больше других. Хотя я могу и оши­ баться. К женщинам Полковник обращался не просто почтительно вежливо, а прямо- таки изысканно, даже картинно. То есть именно театрально. Не питает ли этим Пол­ ковник какие-то тайные русла своей причудливой натуры, думалось мне порою, когда я, случалось, невольно наблюдал за ним, когда после завтрака в ресторанчике нашего простенького, как и все здесь, пансионата он поднимался к гостинице и, встретившись с кем-нибудь из наших женщин, в первые дни прямо-таки подстерега­ ющих его, этакого красавца-мужчину, на своих тропах, — я замечал, как легко и непринужденно он завязывал разговор и, ведя его в довольно откровенной манере, не оставлял им никаких обещаний и никаких надежд. — Мадам, — обратился он однажды к Вике. Она даже выгнула шею и стала необыкновенно хороша. Глаза ее сияли темными изумрудами опытной крупной кошки. — Мадмуазель, — зачем-то поправила она его и повела плечом. Полковник поднял седеющие брови, но ничего, ни тени иронии или насмешки украдкой, не исказило его всегда бледного лица. Нет, тогда же подумал я, это не лицо офицера. Во всяком случае, нынешней нашей армии. Черт возьми, я словно в воду глянул! Но что бы я мог поделать со своей догад­ кой? Рассказать всем о том, что Полковник — не совсем тот, за кого себя выдает? Вернее, что мы не совсем верно понимаем и воспринимаем его? Скажи я это, все просто рассмеялись бы. А Нил предложил бы выпить еще по одной, за мое здоровье, и при этом налить мне штрафной стакан... Да, да, у Полковника было слишком 99 СЕРГЕЙ МИХЕЕНКОВ МГНОВЕНИЯ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ