Сибирские огни, 2005, № 7

ВАЛЕРИЙ КУКЛИН ИМЕНЕМ ЦАРЯ ДИМИТРИЯ И хоть сказано было для того, чтобы обидеть атамана, Корела понял, что следует говорить с царевной откровенно и до конца, возможности иной может и не случиться. — Вчера знамение было мне, — сказал он. — Узнал я, что Димитрий— ложный царь... — Но прежде ты посадил его на престол, — оборвала атамана Ксения. — Да, — согласился Корела. — Но я его и скину. Будь Ксения Борисовна постарше — поверила бы. Но юная царевна для лет своих была излишне умственна, начитана, и сказанное пропустила мимо ушей, по- книжному молвив ехидное: — И вознесешь меня? Теперь Корела осмелел и, взглядом поймав ее взгляд, сказал, надеясь, что ска­ занное им дойдет до ее сердца: — Если пожелаешь, моя царевна. Только тут Ксения что-то поняла. Лицо ее дрогнуло, глаза забегали. Тело, преж­ де напряженное до боли, устало отвалилось на дверь. Стало ясно, что Кореле она поверила всей душой, что ни о мести, ни о наказании, ни даже о прощении ему, виновнику ее трагедии, не думает царевна... — Я не могу, — сказала она. — То— грех... Глаза их встретились, и Ксения добавила: — И ты не можешь. Грех перед державой, перед государем — ничто в сравне­ нии с грехом преступления заповеди Христовой... — Я убивал... — попытался возразить Корела. — То ты выполнял свой долг или защищал жизнь свою. Здесь— иное. Оставался последний довод: — А вправду говорят, — спросил атаман, сглотнув возникший в горле комок,— что он... тебя... — Да, — призналась царевна. — Он ссильничал меня. — И если я защищу... — поспешил сказать Корела. — Это не защита, — оборвала его царевна, — а месть... Внизу послышались шаги. — Прощай, — сказала Ксения и исчезла за дверью. Деревянная лестница скрипела под ногами быстро поднимающегося человека. С одним, да еще стоя наверху, будь поднимающийся даже исполином, Кореле справиться ничего не стоило. Он встал у окна поудобнее и, все еще переживая только что законченный разговор, стал ждать появления того, кто помешал ему продлить счастье встречи с Ксенией. Шаги приближались, и хоть стучали они по ступеням часто, хоть по всему было видно, что обладатель легких ног спешил, Кореле казалось, что время, прошедшее с момента исчезновения царевны, длится так долго, что он и постарел, и поседел. Нога сама по себе встала на носок и слегка откинулась назад, грозя ударить прямо в голо­ ву того, кто должен появиться над проемом. Шаг... другой... Возникла шапка, отороченная соболиным мехом, лоб, т а з а и все лицо. Самозванец! Царь, увидев сапоги, поднял голову и продолжил подниматься все так же быст­ ро и легко, как бежал дотоле. Он и не подозревал, что замедли он сейчас шаг или ускорь, т я н ь на Корелу снизу не просто так, как на неодушевленный предмет, а со значением, с испугом, с удивлением или даже с радостью— нога б Корелы не удер­ жалась, вонзилась окованным спереди носком прямо ему в лоб. Вот Лжедмитрий поднялся на верхнюю ступень, тянул атаману за плечо, увидел в оконце стрельцов на стенах дворца, рынд у пушки, улыбнулся Кореле и сказал: — Ты молодец. Стратег, как Цезарь. Такого знаешь? — Прости, государь... — растерялся Корела. — Не понял. Царь остановился у двери в комнатку, куда только что скрылась Ксения, и спросил: — Ты ни по-польски, ни по-латыни не разумеешь? — Нет. 72