Сибирские огни, 2005, № 7

ков и насельников Поезда. Как же это проис­ ходило на практике, вживую? Вот несколько впечатлений, картинок, сцен из долгого 9- дневного (с 4 по 12 мая) путешествия юби­ лейного рейса Поезда памяти по «золотому кольцу» Новосибирской области: Коченевс- кий, Барабинский (Северный), Чистоозер­ ный, Татарский (Усть-Таркский), Купинский, Карасукский (Баганский), Краснозерский и Искитимский районы. 2. «Детские» встречи: как на фронте Район Коченевский. Первый день рабо­ ты Поезда. Сельская дорога увозит нас — меня и священника о. Дионисия в большое село Новомихайловку. Обычный лесостеп­ ной пейзаж за окном через полчаса сменя­ ется обычным же для многих сел одноэта- жием деревенских тесно стоящих пятистен­ ков. В конце широкой улицы сворачиваем к школе, где нас встречает статная, по-царски осанистая директор школы Людмила Петров­ на Кирина. Так выясняется, что дебютиро­ вать я, «миссионер» от «Сибогней», буду беседой с детьми — самой благодарной, но и непоседливой частью нашей (Поезда) па­ ствы. Впрочем, среди двух с лишком десят­ ков старшеклассников, собравшихся в акто­ вом зале, были и несколько учителей. Один из них, имевший вполне городской вид (кос­ тюм-галстук, спортивность, облагороженное умственным трудом лицо), служил мне ка­ мертоном для нужного настроя на аудито­ рию. И еще индикатором ребячьего настро­ ения. Несколько путаное вступление о роли и весе начальных «Сибогней» в сибирской и несибирской литературе быстро «проез­ жаю», поглядывая на благожелательно-по­ ощрительное выражение его лица, чтобы не разочаровать и не разбаловать в самом на­ чале наиболее шустрых слушателей, уже начавших вертеться на заднем ряду. Перехо­ жу к конфликту «Сибогней» с журналом «Настоящее» в 20-е годы — интереса боль­ ше, зато понимания (у детей) меньше: лицо «моего» учителя, напротив, стало заинтере- сованно-взрослое. Тогда беру главное — наш журнал военных лет в руки (физически) и военную тематику в ход своей 45-минутной лекции (духовно). Чем и заставляю ребят пе­ реключиться с их ребячества на перипетии — литературные, подвижнические, челове­ ческие — жизни наших земляков-сибиряков на фронте. Слушая себя, «слушал» и их, и контакт между нами благодаря «огневым дням» журнала начала 40-х был полным и безусловным. При этом на лице «моего» учителя будто отражались всполохи то ли фронтового костра, то ли взрывов снарядов; казалось, это он испытывает муки от издева­ тельств фашистов в застенках и мстительную или святую радость от непосильно-героичес­ ких побед над врагом. Да и сам я едва ли не чувствовал на себе металлическую тягость красноармейской каски, полевую окопную шинель новобранца, оттягивающее плечо оружие на широком ремне. Такое, единящее и с залом и с войной чувство, возникало еще не раз. Но наиболее ощутимым оно было в Барабинске и Крас- нозерске. Поначалу барабинское гостепри­ имство, откровенно говоря, не порадовало быстрым и эффективным контактом с адре- сатом-слушателем. Татьяна Михайловна Гербер, директор районной библиотеки, го­ ворила мне 8 мая о тотальной охваченности населения, особенно детского, предпобед- ными мероприятиями. В этом мы вскоре и убедились, созерцая непрекращающиеся людские токи и потоки у местного Дома культуры, обладавшего обширной площа­ дью перед помпезным колоннадным вхо­ дом. Что-то вещал и о чем-то пел громкого­ воритель, развевались флаги и полотнища с лозунгами. Праздник здесь уже наступил, не спрашиваясь нас, «поездников», и надо было суметь влиться в него, попасть в такт бара- бинцам. К середине дня такая возможность, на­ конец, появилась. Аудитория из 7-классни- ков слушала в библиотеке мои рассказы о военных публикациях «Сибогней», как вос­ поминания очевидца и участника событий. Так они воспринимали меня, вооруженно­ го одним из номеров журнала за 1943 год. И дрогнули и сердце, и язык, когдатишина вдруг оказалась идеальной, а внимание — впиты­ вающим, со стороны этих девочек с косич­ ками и мальчиков с пухлыми приоткрыты­ ми губами. Не то чтобы я играл роль, но роль играла меня: тот «огневой» материал — под­ линная жизнь, боль, радость земляков-фрон- товиков — которые невозможно рассказать равнодушно. Гостеприимство краснозерское было и контактнее, и полнее, и продолжительнее. Двухэтажный особняк библиотеки, большой, аккуратный кабинет ее директора Натальи Васильевны Кульпановой, ее чай с клубнич­ ным вареньем и печенюшками — все это готовило тоже к чему-то большому, обстоя­ тельному, литературно «вкусному». Так оно и произошло: в читальном зале, на солнеч­ ной стороне, собрались не просто стар­ шеклассники, а вдумчивые собеседники, пусть и молчаливые. И тогда как-то сама со­ бой «включилась» публицистика с филип- пиками в адрес либерал-литературы, особо вредоносной для детей, которым естествен­ нее все же верить в естественное (любовь- добро-красота) в человеке, чем в противо- или сверхъестественное. Военная часть как всегда была представлена юным краснозер- цам в лицах и образах, чему я за эти дни уже достаточно научился. 205