Сибирские огни, 2005, № 7

Но двести долларов в неделю... Всего лишь... Фира только головой покачала: — Алекс, ты точно уверен в том, что они тебе больше не заплатят? Может быть, ты попробуешь еще поторговаться? Или вообще другую работу найдешь? — Поздно, Фира, контракт уже подписан. — А как же Мирьям? Я ее на уроки музыки записала, да и вообще ей нужно еще и с другими девочками общаться. И день рождения я ей справлять собиралась... мнеШарон обещала одолжить такую садовую палатку, чтобы в саду... знаешь, Garden Party называется... было бы недорого, я б сама все приготовила... долларов сто за всю еду... Может быть, взять еще немного в кредит? А об этом «High on Jesus» Алекс жене вообще ничего не сказал. Фира, точно, вышла бы из себя, если б узнала. На следующий день в восемь утра Алекс приехал в дом Надежды. Еще до того, как вошел, он услышал хоровое пение. Алекс пошел на звук голосов и оказался в небольшом зале со сводчатыми окнами, служившим церковью. На жестких деревян­ ных скамейках сидело человек пятьдесят мужчин и женщин, одетых в линялые майки ’’High on Jesus”. Но пели красиво. Госпел. Хором дирижировал все тот же Томпсон, откинувшись назад и прикрыв глаза от умиления. Лицо его было совершенно круглым и плоским... Алекс стоял в дверном проеме и не знал, куда деться. Он стал рассматривать присутствующих. Около поло­ вины были чернокожими, толстогубыми и плосконосыми. Мужчины были в боль­ шинстве, женщин — не более десятка. Все они были потрепанными жизнью, то слишком тонкими, то слишком толстыми. На всех лицах лежала печать экзальтации, многие пели, тоже прикрыв глаза и закинув голову. Тут Томсон заметил Алекса: — Доктор, как хорошо, что вы пришли! Я сейчас вас представлю... это наш новый брат, доктор Алекс... настоящий доктор из России... можете обращаться к нему с вопросами. И все эти ’’High on Jesus” обернулись, посмотрели на Алекса и зааплодировали. Апекс смутился и, не зная как выйти из положения, ответил легким поклоном. Когда богослужение закончилось, Алекс сказал Томпсону: — Простите, пожалуйста, что я вам вчера не сказал, что я еврейского проис­ хождения... — Это неважно, — перебил его Томпсон, — самое главное, что вы любите Христа. — Люблю Христа? — удивленно переспросил Алекс. — Да. Я видел ваше лицо во время богослужения. — Но это не вера, это музыка. Госпел. — Иисус входит в душу через госпел. Христос входит через госпел. Здесь, в Доме Надежды, мы выражаем любовь к Христу через все, что мы делаем. Любовь исцеляет. — А в чем же будет заключаться моя работа? — Вы будете одним из старших братьев. — Я имею в виду, конкретно. — Медосмотр. — Это быстро. Я всех вместе проверю дня за три. — Вам предоставляется творческая свобода. Решайте сами. Только мы не зани­ маемся здесь традиционной терапией. Ваш предшественник был проповедником. То есть, он был доктором по профессии, но проповедником по призванию. Я пока что попрошу сестру Марию показать вам Дом Надежды. — Погодите, а до которого часа я буду работать? — До вечера. — Нет, конкретно. Когда все другие уходят домой? — Кто— другие? — Ну, вы, например. — А я не ухожу. Я здесь тоже живу, только отдельно. У меня квартира в башенке. ИРИНА ШЕСТОПАЛ тк ДУША