Сибирская горница, 2001, № 2

венные, что сама скоро запляшешь незрелой девкой, —усмехнулся Маркелыч, разглядывая клочья сивой бороды на ладони, — вот счас побреюсь и сватов к тебе зашлю... Мило дело... После стрижки сел на корточки у воды и намылил лицо. Брился тщательно, долго приглядывал в маленькое зеркальце. Веро­ ника разогрела на костре обед и вскипятила чай, а когда подняла глаза на вернувшегося от берега старика — обомлела... Весело гля­ дел на нее вприщур розовощекий мужик. — Ну-у-у! — только и промолвила в изум­ лении. —Да вас сроду не угадать! — Дай-то Бог... токма угадчики будут шибко мудрые, мне бы ишшо росток свой сократить на треть. После обеда он натащил каких-то корней и трав, долго отваривал-томил их в котелке на углях костра и подступился с ножницами. — Теперь ты усаживайся на бревнышко, твоя очередь. — Может быть, не надо? Женская приче­ ска дело тонкое, лучшие парикмахеры Моск­ вы мне ее закручивали. — Садись-садись... надо, девка. Шибко ты яркая и приметная и дюжесть красивая, для любого мужика соблазн от тебя пышет, а он шибко памятен... а ить на люди выходим. По­ стриг в монахини тебе произведу... нету уж у тебя жизни мирской с моей тайной, счас са­ ма себя не угадаешь... И чтоб другим неповад­ но было... Надо! Он ловко орудовал ножницами, срезая пушистые локоны, и довольно крякал. Потом принес в котелке остывший настой, низко склонил голову Вероники к земле и стал осто­ рожно втирать густую жидкость в кожу, пере­ бирая меж пальцев мокрые, короткие волосы. Укутал ее голову полотенцем и проворчал: — Готово! Через полчасика сполоснешь в озере и просушишь. Эко солнышко разыгра­ лось! Любо жить на белом свете. Все выполнив в точности, просушив шелковистый волос, она глянула на себя в зеркало и расхохоталась. Из брюнетки — превратилась в блондинку с естественно ру­ сыми волосами. — Как это вам удалось?! — Жизнь... Если бы ты знала, девка, как я чудил раньше... Из молодца мог в старца обернуться, в калику перехожего. Один раз весь Благовещенск ГПУ перевернуло, а я си­ дел в отрепьях у них на виду, на паперти, ми­ лостыню клянчил и язвы налепные на ногах казал... Всяко было. Жизнь! Он тщательно собрал волосы свои и ее отдельно, потом резко соединил их и сжал в широких ладонях в один комок, завернул в тряпку и привязал тяжелый камень. Забросил в Черное озеро. Вероника внимательно смот­ рела за ним, она знала от бабушки, что волос надо зарывать, ибо колдовские силы могут на­ вредить, сглазить, навести порчу, используя волос твой. Она не противилась этому соеди­ нению черных и седых локонов, напротив, она обрадовалась этому, почуяла слияние их, закружилась слегка голова, она ощутила по­ гружение в холодную глубину и увидела ог­ ромную рыбу, икряную и тяжелую, трогаю­ щую плавниками тугой сверток на дне... • • * Карарбах подошел к костру неслышно, испуганно пялился на сидящих людей и цо­ кал языком. Смятенно проговорил, озираясь вокруг: — Собсем молодой Амикан! Девка поли­ нял, как белка весной! Шибко страшно! Злой дух Харги... место худое, — ошалело тряс го­ довой, щупал свое лицо руками, теребил же­ сткий волос. — Не бойся... олень зимнюю шкуру меня­ ет летом, зачем мне в такую жару борода и лохмы, сам срезал. — Шибко худое место, — не унимался эвенк, бросив двух убитых глухарей к костру.