Горница, 1996, № 2

Г У Б Е Р Н И Я Ко всему привыкает человек, и он смирился с положением рабочего . А все равно зайдет , бывало, в спеющую пшеницу , сорвет колосок, разотрет в руках и долго нюхает, а лицо задум­ чивое. В душе он так и ост ал ся крестьянином. Своих сыновей он рано начинал приучать к труду, с 14 л ет уже косили сено. Инструмент всегда в порядке : косы-литовки отбиты и нато ­ чены, грабли легонькие — день будешь согре- бать сено и руки не устанут , черенки на вилах гладкие — мозолей не набьешь. А как он косил! Косой-девяткой ост авлял за собой такой широ ­ кий прокос — хоть на машине проезжай . Ско ­ шенная трава сама в пучки скатывается, стебель к стеблю — хорошо ее потом согребать и скл а ­ дывать в копны. В трудные годы мы жили и знали: в нашем доме будет если не очень сытно, зато тепло , мы будем одеты и обуты. Отец овчины выделывал, мама шила нам полушубочки . З ам е ч а т ел ь н а я швейная машина у нее, и тонкое шила, и тол с ­ тое. Дореволюционна я , фирмы Попова. Всем сыновьям родители дали образование , сами будучи неграмотными . Ле тчик , два и нж е ­ нера, педагог, ветеринар , медик. Никого не з а ­ ставляли учиться , но сколь могли, помогали, от себя отрывая последнее . Отцу моему уж е 95. Возраст почтенный . Со ­ хранил он я с н о с т ь ума, тр е з в о с т ь суждений , хорошую память , ин т е р е с к жи з ни . Пожил у младшего сына — не “ п о г л я н у л а с ь ” ему го­ родская жизнь , переехал к среднему в деревню. Здесь все привычное , зн а комо е , м ожн о ограду подме сти , сн е г о т б р о си т ь , в з ем л е п о к о п а т ь ­ ся . И к могилке м а те ри нашей , Н а т а л ьи И в а ­ новны , п о б л иж е . Уже и м есто рядом с е б е оп ­ ред елил . Была у него с юности мечта стать крестьяни ­ ном, пахарем, хлеборобом — не получилось. Но и нахлебником никогда не был. А был труж ени ­ ком, вечным тружеником . Так говорят в народе. Правильно говорят.