Горница, 1996, № 2

ПРЕДСТАВЛЯЕМ ПОПЕЧИТЕЛЕЙ мозгами не сделано, все силы ушли в гудок, в критику. Я не виню таких, это их беда, что видят соринку в чужом глазу, а в своем бревна не замечают. Приучил их прежний порядок смирно и молча стоять в очереди и за квартирой, и за мебелью, и за всем, что только можно придумать, вплоть до куска полудохлой колбасы, а теперь бросили в другую крайность, к которой тоже не вдруг приспособишься. Я по жизни знаю, тот кто вкалывает от души на производстве, у кого и дома все делается, горит в руках, тот просто никогда попусту не проклинает ни жизнь, ни порядки, ни руководителей, у него времени для того нет и желания нет, он во-первых, думает о своих недостатках, которые продолжение общественных. И обратное - что-то отдельный человек в себе поправит - стране становится легче! Да, да, стране, ведь она, родная, из нас же с нашими недостатками и состоит. Если бы каждый увидел свои слабые стороны - пьянство, лень, грубость, халтуру в работе, сквернословие, да постарался это исправить - исправилась бы жизнь в нашей стране... Нет же... Летним вече­ ром едешь через какое-нибудь село, сидят на лавочках парни, мужики молодые, лузгают семечки, по щиколотки в шелухе сидят. И о чем толкуют? Дачников ругают! А дачники в это время вкалывают, они как приедут в субботу, так до понедельника спину не разгибают на участках. И домики у них красивые, и в огородах все прибрано, и заборы не покосившиеся, как сполупьяну. Чего их ругать? Учиться у них надо, говорю, а у вас даже на то не хватает смелости, чтобы за собой семечки подмести. Нет, сидеть и ждать, чтобы в рот упал готовый кусок сыра, который ты не произвел, всегда проще и легче. И в широком масштабе - тоже. Ждем, что Запад нас спасет, нам поможет, что кто-то денег даст и все нам профинансирует. Никто ничего не даст, ниоткуда деньги не появятся, бесплатный сыр бывает только в мыше­ ловке. И пока мы сами, начиная со своего личного подворья, дома, хозяйства и кончая про­ изводством - не начнем работать и прекратим болтать, дело будет стоять на мертвой точке. И токарь должен работать, и министр. М.Т.: Про Колывань не скажешь все же, что тут не работают, а только критикуют... В.М.Н.: И еще как. Вот сегодня только с утра было пять звонков, просят поставить нашу сельскую сибирскую продукцию. Приятно. Наелся народ и американских обрезков куриных, и французских лягушек, напился китайской отравы. Пусть наша колбаса не такая красивая как голландская, но поешь ее и никогда не отравишься, стопку "винаповской" водки с устат­ ку выпьешь - не помрешь. Упаковка упаковкой, а когда свое покупаешь, то душа всегда спокойнее. Да еще знаешь, что копеечку твою трудовую за границу не вывезут, что тут она, на развитие того же производства колбасы и пойдет. Вот костюм на мне новосибирский, "синаровский", что он хуже пакистанского какого-нибудь? Не хуже. Надо уважать труд земляков. А как Новосибирский мясокомбинат развернулся - любо-дорого! Где эти крику­ ны, которые всю нашу жизнь измеряли колбасой вареной, которые эту колбасу в фундамент перестройки положили? Вот вам - колбаса. Но только ли этим жив человек? Только ли материальным жив человек труда? Он всегда в нашей стране был героем, о нем снимали кино, его рисовали художники, писатели о нем романы писали и стихотворения. Надо же не забывать про моральное поощрение и воспитание молодежи на положительном примере. А теперь, откроешь газету, телевизор включишь, книгу возьмешь и так далее, кто там, про кого там? Убийцы, извращенцы, шпионы, уроды, проститутки! Точно вся эта нечисть и есть главное в нашей русской жизни! А на каком же примере будет воспитываться молодежь? И так получается, если судить по средствам массовой информации, что у нас в стране никто давно уже не трудится, коров не доит, землю не пашет, дома не строит, электровозы не водит и сталь не варит, и уголь не рубает в штольнях! Нет, господа хорошие, это не так! Страна не 155