Сибирский Парнас, № 4, 2019

71 Выпуск 4 (13) том также резко прекратил, снова сел и испачканными землёй руками стал выкладывать к основанию креста на сложенную вчетверо газету еду. Стараясь ни о чём больше не думать, дед откусил сладковатый блин, держа его в левой руке, а правой – продолжая вытаскивать конфеты и мятые яйца… – Вот всё. Водку не понёс, ты не любитель, дак и к чему? И я не буду, не думай… Он остро почувствовал пустоту вокруг, безысходность тяжким гнётом сдавила сердце. Оглянувшись, словно ища поддержки, и не увидев никого, тихо застонал через сжатые зубы. Около него остановилась прибежавшая ниоткуда маленькая с кривым ухом собачонка и, пуская слюни, уставилась на еду. Приняв бездействие человека за разрешение, подгибая за- дние ноги и растягивая тельце, смешно морща нос, приблуда аккуратно стянула с газеты блин и, отойдя, быстро его съела. Потом уже брала всё подряд смелее и, не убегая, торопливо жевала. Закончив, как путная, десертом из конфет, собачонка обнюхала, висевшие плетьми с колен дедовы руки и побежала дальше, не зная ещё куда, но точно – по делам… Дед вытер глаза, поднялся и, складывая пакет, проговорил, прощаясь: – Вот и ладно, прощай пока… Одна не останешься, вишь, какие тут бродят? А потом уж и я, через время… – он вы- прямился, взял стульчик и, не оглядываясь, пошёл в крайнюю улицу, к одинокому теперь их дому. * * * Дни летели быстро. Дед вставал с солнцем, а иногда и раньше. Бесцельно бродил по тихому дому, уходил во двор, насыпал пшена и выпускал трёх кур и петуха, подходил к козе. Это удивительное животное смотрело на него чёрными