Сибирский Парнас, № 4, 2019

108 СИБИРСКИЙ ПАРНАС – Под седлом-то он слушается и хорошо ходит, – заметил дед Парфён.– Я, грешным делом, и сам не знаю, что с ним делать? В войну, бывало, если лошади… – Да слышал я, – перебиваю деда и, отбросив к сараю тяжёлый пятиколенный бич, подхожу к голове жеребёнка. – Знаю, что вы и горячую картошку под хвосты совали и дру- гое делали с лошадьми. Но ведь то была война, а сейчас-то какая нужда в этом. Иначе надо, тут ласка нужна. Думайте, что делаете-то. Присев на корточки, начинаю гладить рыжую голову жере- бёнка и приговаривать: «Миленький мой "Пионерчик"», тебе больно, вон и слёзки на глазах… Давай я их вытру. А что же ты тут развалился? Вставай, миленький, вставай, хороший мой, а то ведь они тебя забьют…» Лошадь смотрит на меня своим огромным недоверчивым взглядом. Пацаны отошли в сторону, сгрудились в кучу и с ухмылкой наблюдают за моими действиями. Продолжая гладить, уговариваю подняться, тяну жеребёнка за уздечку. Тот послушался меня и, осматриваясь по сторо- нам, начал подниматься. Сбившаяся на бок упряжь стала помехой… – Уберите с крупа оглобли, поправьте упряжь, – кричу на пацанов. Те послушно и быстро выполнили мою команду. Жеребёнок поднялся, отряхиваясь, сдвинул на сторону седёлку. Постоянно поглаживая и разговаривая с ним ровным то- ном, теперь уже сам поправляю упряжь, беру его под уздцы и тяну за собой. – Пойдём, мой миленький, пойдём со мной, – стараюсь стронуть его с места. Ребятня, как воробьи на мякину, попада- ли в розвальни. Колька держал вожжи. Жеребёнок осмотрелся по сторонам и, не увидев за собой толпы, сделал первый шаг.