Сибирский Парнас, № 2 (3), 2017

42 СИБИРСКИЙ ПАРНАС лежать хозяину земли русской «Учредительному собранию». Им аплодировали. Позицию большевиков отстаивал один я. Я утверждал, что власть должна принадлежать Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Крестьяне, находившиеся в зале, аплодировали мне. Среди делегатов из деревень было много зажиточных му- жиков и кулаков, но они поддерживали мою позицию. Когда я выступал, многие кричали из зала: «Правильно!» После долгих споров приступили к принятию резолюции съезда. В комиссию по выработке резолюции вошли: Суходо- лов, я и член Государственной Думы кадет Карлов. Мнения были разные, каждый предложил свой текст резолюции, и началась новая борьба. В моей резолюции говорилось, что «Вся полнота власти должна принадлежать Советам рабочих, солдатских и кре- стьянских депутатов». Эсеры требовали своё: «Власть должна принадлежать Учредительному собранию». Кадеты злились, но своей резолюции не предлагали. Видя настроения делегатов съезда, Суходолов предложил кадету подписать мою резолюцию: «Всё равно будет по его, видишь, его весь зал поддерживает». Но кадет отказался подписывать, а Суходолов – подписал. Стали голосовать. Меньшевики и эсеры восстали против моей резолюции, не давали мне выступать, но зал был за меня, поднялась целая буря: «Пусть он говорит!» Всё-таки мне снова дали слово, я выступил, и стали голосовать. Моя резолюция была принята абсолютным большинством. Приступили к выбору канди- датур в члены Совета депутатов. В итоге в Совдеп прошли избранными: я – Сурков М.М., Суходолов, Тесемников, Пиотровский и от деревень и волостей избрали зажиточных стариков. На этом съезд закончил свою работу.