Лукашук-Ромм В., Зинаида Диденко. Кн. 1.-2020

157 Квинтет в «Пиковой даме » – Я ведь балетный и не разбираюсь в тонкостях вокала, – растерялся тот. – Мне кажется, что хорошо. Уже то, что каждое слово было слышно здесь, в этом глухом партере, здорово! – Наверное с движением было что-то не так, – спросила Раиса. – Вон сколько раз меня гоняли. – Нет-нет! Всё хорошо. – Заверил Валерий. – У тебя прекрасные внеш- ние данные для нашей сцены. Если бы режиссёр не был уверен, что всё получится, он бы и не заставлял повторять. – А мне кажется, что всё осталось, как и было, – развела руки Рая. – Нет, нет! Разница есть! – заверил Валерий. – Ты вышла робко, как воспитанная, «тендитная» француженка. Это не годилось, ни для на- шей сцены, ни для твоего высокого роста и могучей стати. А теперь всё стало на место. И кстати, очень хорошо сочетается твоя пластика с твоим могучим голосом. Рая прошла в первый ряд к Зине. – Ну что тебе сказал Ромчик? – сп росила та подругу. – Сказал, что не разбирается в опере, но пела я хорошо! Первая оркестровая «Князя Игоря» . Опера А.Бородина «Князь Игорь» шла в театре уже пять лет с 1960 года. Из программки Зина знала, что постановщиками спектакля были: дирижеры М.А. Бухбиндер, А.А. Копылов, режиссер Л.Д. Михайлов, ху- дожник И.В. Севастьянов, танцы в редакции М. Фокина восстановил ба- летмейстер В.И. Вайнонен. На репетиции Зина растерялась. Она путалась в тексте, пропускала свои реплики, часто опаздывала на вступления, не могла понять, где ей следует находиться, куда идти, откуда входить и куда выходить. В сцене с Галицким Зина, ожидаемо для себя, совсем запуталась. Девушка упорно пыталась навёрстывать опоздания на реплики, но только ещё больше отставала и, в конце, вовсе начала отвечать невпопад. Суфлёр Ольга Красильникова громко подсказывала. Михаил Алексан- дрович Бухбиндер из-за дирижёрского пульта подсказывал. Зина видела их усилия и ещё больше путалась. Дирижёру пришлось, всё-таки остано- вить оркестр и напомнить певице её строчку. Сцену заполнили завешанные бородами мужчины хора и принесли свои «тревожные вести», потом прибежали женщины хора, артисты ми- манса, начался громкий крик хора о пожаре. Настолько все громко пели, что Зина не могла услышать даже свой голос. Она катастрофически «расходилась» с хором, панически ждала финальную «Ля диез», не могла