Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

среди таких, показательных для новосибирцев, спектаклей невозможно не вспомнить еще два — «Пи­ ковую дамуь» Чайковского и моцартовского «Дон Жуа­ на». Оба они — наиболее значительные работы народ­ ного артиста РСФСР Э. Пасынкова новосибирского периода. Оригинальным быть всегда трудно, в постановке классики — тем более. Опера «Дон Жуан» идет на сце­ не 175 лет — попробуй тут скажи свое, незаемное сло­ во. В Новосибирске «Дон Жуан» (дирижер М. Бухбин- дер, худоясник И. Севастьянов, хормейстер Е. Горбенко) шел при неизменных аншлагах, он заставлял зрителей размышлять о категориях не таких уж простых. Не­ удержимое стремление его героя к идеалу красоты перерастало в конечном счете в проблему отношения к жизни и смерти. Зал постигал живую диалектику ха­ рактера моцартовского персонажа, о котором, как и о Борисе Годунове или Кармен, нельзя сказать «поло­ жительный» он или «отрицательный». Новосибирский Дон Жуан (эту партию темпераментно, с изяществом и удовольствием исполнял совсем еще молодой тогда А. Федосеев, лауреат Международного конкурса вока­ листов, к слову, покинувший потом Новосибирск ради сцены Большого театра) жил с упоением, со вкусом, не очень-то сочувствуя женщинам, всегда готовым ле­ теть ему навстречу, а потом проклинающим соблазни­ теля. Но этот Дон Жуан без колебаний и платил за свои «грехи» собственной жизнью. Он был, по спра­ ведливой догадке одного из критиков, скорее символом