Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

провизировали. Тут все было важно — как ходишь, как пылинку сдуваешь с партнера... После «Клопа» у меня появился вкус к такой работе, с удовольствием сыграл бы что-то подобное, а еще лучше — совсем новое, не­ обычное для оперного жанра. Пьер Безухов — это тоже какой-то этап в моей твор­ ческой биографии. Помню, когда начали учить пар­ тию, казалось: выучить ее невозможно. Мы ведь не очень воспитаны на современной музыке. Но чем боль­ ше работал, тем больше влюблялся в прокофьевскую чистоту, свет, свежесть. Чего стоит один вальс Наташи на балу... И сам Пьер, его ариозо, речитативы полны этим светом. Надо вжиться в музыку, свободно ею владеть, и тогда она открывает актеру очень много вырази­ тельных средств. Сценические же краски дались мне легко. Режиссер Семен Александрович Штейн почти не поправлял ничего, он считал, что материал хорошо лег на мою индивидуальность. Безухов принадлежит к типу людей, которые мне вообще симпатичны в жиз­ ни. Бескорыстный, всегда готовый делать добро, не предаст в дружбе. Я думал тогда: вот бы сыграть Безухова в драматическом театре или в кино. В опере ведь роль небольшая. А так хотелось полнее, подроб­ нее раскрыть этот русский характер. Если вначале я радовался купюрам — меньше все-таки учить, то по­ том стало жалко: такой кусок выбрасываем! Большую работу с оркестром и певцами проделал Арнольд Михайлович Кац. Человек он темперамент