Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

Лучшая работа Сорочинского тех лет, по-моему,— Герман в «Пиковой даме» (редакция сороковых годов). До чего хорош он был внешне — стройный, обаятель­ ный, походка какая-то особенная, элегантная. И умел заставить себя слушать. Новосибирская публика очень его любила в этой партии. Особенно впечатляла сцена в казарме. В той, первой, «Пиковой» я пела Полину. С партией же Графини ничего не получилось — я ее не чувство­ вала и не понимала. Хотя репетировала и даже сыгра­ ла один или два спектакля. Как теперь догадываюсь, требовалось время, чтобы проникнуть в этот сложный характер. В моей жизни было несколько партий, к которым я возвращалась в разные периоды. И всегда обнаружи­ вала в душе резервы для новых чувств. Все-таки жиз­ ненный опыт, чисто человеческие приобретения важны для артиста не меньше, чем мастерство. Судьба моя в Новосибирске сложилась счастливо: я пела много и, как правило, яркие, интересные пар­ тии. Причем не только в классике, но и в советском ре­ пертуаре. И почти с каждой из моих героинь связаны какие-то очень личные воспоминания. Всегда буду помнить работу над образом Дьячихи из оперы чешского композитора Яначека «Ее падче­ рица». Представьте деревенскую женщину, решившуюся утопить «незаконного» ребенка своей падчерицы, чтобы избежать позора. Тут и жестокая власть предрассуд­ ков, и сила характера, и отчаяние. Партия написана 3* 35