Новосибирский Академический_М. И. Рубина, И. Я. Вершинина. - Новосибирск, 1979. - 160 с

ной разухабистостью, с непривычными «порывами» нежности, потрясенностью новыми ощущениями (Ху­ лиган полюбил учительницу). В спектакле есть что-то от кинематографа — учащенный ритм, заданный музы­ кой молодого Шостаковича, «крупные планы», мет­ кость характеристик (музыкальная тема Хулигана — стилизованный городской романс). Позже на главные партии балета были введены дру­ гие исполнители. Хулигана, например, танцуют Иван Диденко, Юрий Яшугин и Валерий Ромм. Диденко и здесь предлагает свое решение образа. Вопреки либрет­ то он играет вовсе не перерождение Хулигана под воз­ действием любви к Барышне. Для него вся эта «улич- ность» главного героя — только маска, позволяющая отгородиться от любопытства обывателей. Хулиган- Диденко — натура поэтичная, белая ворона среди свое­ го окружения. И встреча с Барышней скорее перерож­ дает ее, а не его, ибо столкнулась скучная добропоря­ дочность с живым и свободным чувством. В давнем споре о социальности балетного искусства новосибирские спектакли на музыку Д. Шостаковича с л о в о Новосибирский театр вывел на сцену новое поколе- ние балетных дарований. Это значит, он открывает очередные страницы своей содержательной ж и зн и— ТЕАТРЕ страницы, которые всем нам еще с надеж дой или ув­ лечением предстоит прочесть. «Известия», 1975 г.