Неведомая Сибирь

В поле началась позёмка, санный след затягивает, но ло­ шадь знает дорогу, бежит скоренько. Вот уже и проехали большее половину пути, как вдруг потянул северный ветер, поднялась такая метель, просто круговерть какая-то! Снег лепит в лицо, забивает глаза и им и лошади. Вскоре поня­ ли, что сбились с дороги. Лошадь упала, выбившись из сил. Боже мой, да что же делать! Не до лошади, надо как-то са­ мим спасаться! Остался только один выход — закапывать­ ся в снегу! Около колка лопатой и плошкой (как хорошо, что взяли её с собой), и просто руками вырыли большую яму в снегу, в тулупах кое-как забрались, закопались в снег, благо зима выдалась снежная. Так и просидели всю ночь, слушая, как завывает ветер. Наконец, начало светать, в совсем неболь­ шое отверстие, оставшееся не занесённым в их укрытии, просачивался свет. Тихо. Слава богу, живые! Выбравшись из укрытия, увидели, что лошадь пала, ехать дальше не на чем. Сняли с лошади сбрую, хомут, сло­ жили всё на сани, впряглись вместо лошади, да так и тащи­ ли до самой деревни. Устали очень, зато живы! Возле дома их встречали родные. — Мы вас еще вчера ждали, что случилось? Такая пурга была ночью! Да вы на ногах еле держитесь! Отдыхайте, а мы сейчас баньку подтопим! - загомонили враз родные. Баня всегда была самым лучшим лекарем и при просту­ де, и от усталости. Просто придавала сил. Идет время. Растут дети. Все приучены к труду. Стар­ шие работают в колхозе. Но заболел Александр (Саня, так зовут его дома) стали бить припадки. Возили к врачу в Меньшикове, пытались лечить травами сами, но ничего не помогало. А мальчишка умненький, гибкий. Может и на шпагат запросто сесть, а то упадет на пол, на живот, 66