Почувствуй сердцем Родину свою. 2013

бумаге в клеточку. Я попыхтел, нарисовал три штуки и спрашиваю Витьку: «Хватит?» - «Конечно», - отвечает тот. Сдал я листок, иду на улицу, и Витька минут через пять вышел. Когда листки нам раздали, я прямо раздуваюсь от гордости: такая здоровенная тройка нарисована, и под ней подпись учителя. Перевожу глаза на Витькин листок и вижу: нарисовано четыре флажка, и внизу стоит четвёрка ещё крупней моего трояка. Он потому и вышел позже меня: рисовал четвёртый флажок. Ну, я тут же и стукнул его в лоб. Подрались. Не знаю, что было с Витькой, а на мою задницу мама полвеника берёзового извела за по ­ рванную рубаху - единственную, в которой можно было ходить в шко ­ лу. Третий и четвёртый классы вела Мария Ивановна Аникеева, только что окончившая училище и жившая у нас на квартире. В четвертом классе я учился один. Валерка Губерский и Витька Васильев остались на второй год, а катайгуловскую Люду Шухову родители перевели в Воробьёвку. Замечательный был для меня год! Арифметику я пересчитал всю уже к весне. Труднее было заучивать правила по русскому языку. Но история! Но география! Мария Ивановна привезла большой комплект карт Советского Союза, и одну карту в картинках - по истории Граж ­ данской войны: на ней Будённый, Фрунзе, Чапаев и другие герои гоняли Деникина, Врангеля, Колчака и других белогвардейцев... Быстро вы ­ полнив все задания, я «ползал» пальцем, глазами, линейкой по этим кар ­ там и обалдевал от сотен названий городов и толп народа, живущих там. Как огромен оказался мир - особенно на фоне нашей Коммуны, Чичканки, Катайгулово, расположенных в десяти километрах друг от друга и имеющих по 150 человек населения. Впереди вставала грома ­ да средней школы. Угуй! Один из центров нашей районной цивилизации, до него 22 ки ­ лометра. Поскольку тятя был инвалид, место в интернате до седьмого класса мне было обеспечено. Но встретили меня там не очень ласко ­ во. Дело в том, что брат Толя оставил после себя в Угуе «память». В последний год они с Володькой Климовым жили на квартире. Хозяева спали на кровати, мальчишки - на полатях. Суровая зима. После обиль ­ ного чаепития за ужином (жрать почти ничего не было), ребятишки перед сном и ночью заполняли «отходной жидкостью» ведро под руко ­ мойником у двери. Утром они убегали в школу, а ведро выносил дед- хозяин. Однажды, вернувшись из школы, они увидели, что дед лежит на кровати, а одна нога у него подвязана верёвкой к крюку в стене. Дед стонет, а бабка орёт: «Не сметь больше писать в ведро! Из-за вас дед 127