Петерс В. Мои заветные места. 2012

жей паре гнедых через бугор мимо речушки Крутиха к парому через Омь, что стоял тогда у села Богословка. Из ­ далека заметили, что на переправе творится что-то не ­ обычное: люди снуют туда-сюда, обнимают друг друга, це ­ луются, хлопают по плечам. Из заречного села Казачий Мыс доносится музыка, крики, флаги трепещутся на ветру. На наши очумелые взгляды — один ответ: «Победа». Пе ­ реправились через Омь и в село. А там гармошка заливается, женщины и плачут, и смеются сквозь слезы, солдаты-инва ­ лиды кто на костылях, кто без руки наливают в стаканы, вы ­ пивают под крики: «Ура!»,«Победа!». Нас вытащили из ходка, угощают. Кое-как мы выехали на дорогу и в Татарск, за семе ­ нами. Там везде то же самое: и веселье, и печаль. Но семена мы с Татьяной получили и поехали домой, в родные Кушаги. И чем ближе к деревне, тем горше плачет Татьяна — мужа ее на войне убили, похоронку получила. И я подвываю вдруг огрубевшим голосом, отец уже никогда не порадуется этому светлому дню. Вся наша страна была, наверное, в тот день вот такой сума ­ тошной, веселой, радостной — от Победы и грустной, печаль ­ ной — от невыносимых потерь. И Кушаги тоже были таки ­ ми же. И дай Бог, чтобы такого больше никогда не было, а если победы, то только радостные и без горя, — закончил свой рассказ Леонид Егорович и снова задумался о чем-то своем. Наверное, о том, что ждет его у окошка в домике на берегу речки Тарки, заботливая Лидия Андреевна, а он ей должен, как всегда, свеженького хлебца и еще чего-нибудь вкуснень- кого-вкусненького принести. Это теперь в его обязанностях — в «центр» ходить. 2005