Петерс В. Мои заветные места. 2012

каким-то загадочным, заграничным человеком. И вот этот дядя Лукошас работал в деревенской столярке и был от ­ менным мастером по дереву. Мы с Ленькой частенько, намерзнувшись на горке, загля ­ дывали в гости к дяде Лукошасу. Он жил в деревне недале ­ ко от нас у одной вдовы, и мы были с ним хорошо знакомы. В столярке было всегда тепло натоплено буржуйкой, пахло клеем, свежими стружками. Мы с интересом наблюдали, как из-под умелых рук столяра выходили ножки к табурет ­ кам, ступицы, спицы, колодки, а потом готовые колеса к те ­ легам. Особенно нравилось наблюдать, когда дядя Лукошас и еще один крепкий мужик гнули полозья к саням. «Вот такие же лыжи бы смастерить», — обсуждали мы потом с Ленькой увиденное, но попросить дядю Лукошаса стеснялись. Но однажды, покуривая на верстаке любимую трубку, он, словно угадав наши сокровенные мысли, сказал на ломаном языке: — Друзья, хотите я вам настоящие лыжи сделаю? Каждо ­ му? — Очень, дядя Лукошас! — дружно ответили мы, и счаст ­ ливее нас уже никого не было на свете. Первая пара лыж была готова уже через два дня. Они и сей ­ час стоят у меня перед глазами, как нарисованные, легкие, изящные, словно точеные. Потом, когда я имел настоящие — фабричные, на ботинках, я их сравнивал с теми самодель ­ ными и не находил разницы, только если в раскрашивании (наши самодельные не были покрашены). Та же полоска- выемка по днищу каждой лыжины, те же бровки-бугорки по верху до следа и от следа под валенки. И красиво, высоко загнутые носки, которые никогда не втыкались в снег. Че ­ рез два-три дня мы получили еще одну пару новехоньких, желанных лыж и были безмерно счастливы. Вечером мы 113