Петерс В. Мои заветные места. 2012

Домой мы возвращались в обледеневшей одежде, с мо ­ крыми насквозь валенками, но не унывающие, веселые и почему-то почти никогда не простужались. Дома нас ждали не только наваристые щи, лепешки или калачи, испе ­ ченные в русской печи, но и оплеуха матери, строгий взгляд отца. Но это все быстро забывалось и на следующее утро все повторялось вновь. С Ленькой мы таким образом расставались только на ночь, да иногда лютый холод не давал возможности высунуть нос из дома. В ту зиму снега в деревне было особенно много. Мы уже начинали кататься с крыш сараев, скотных дворов, а неко ­ торые смельчаки ныряли в глубокий снег прямо с крыш не ­ больших домов-избенок. Нам с Ленькой особенно было завидно смотреть на тех па ­ цанов^ которых были самодельные лыжи.Они были некази ­ стые, ровные с едва загнутыми концами. При спуске с горки лыжи втыкались носками в снег, незадачливые наездники кубарем, переворачиваясь, летели с визгом, смехом вниз, а потом снова взбирались на самую макушку горки. Нередко самые неудачливые доставали из снега лыжи-плашки с от ­ ломленными концами, и водрузив их на плечи, отправля ­ лись домой, жалкуя о случившемся. Нам с Ленькой тоже хотелось иметь лыжи. Мы пытались что-то смастерить, но ничего из этой затеи не получалось. И мы по-прежнему делили с другом одни санки на двоих. На окраине же села, недалеко от этих самых Красных ям, располагалась сельская кузница и столярка. В село, в те годы, а это было начало пятидесятых, много прибывало ссыль ­ ных людей: с Украины, Прибалтики. Это были крепкие, здоровые мужики. Все они работали, как и наши родители на фермах, и на других участках. А дядя Лукошас был ро ­ ста небольшого и плохо говорил по-русски. Он казался нам 112