Петерс В. Мои заветные места. 2012

<^О^> Григория. У него всегда в кармане были конфеты, для любив ­ ших его сельских ребятишек. Никому не отказывал он в по ­ мощи, а карасей на уху готов был дать каждому. Жил бобылем, пробивался охотой, да рыбалкой, — инвалидом с детства был. Только поджидала его всегда в ветхой избушке старенькая мать, радовалась всегда его добыче, оберегала, как могла от всяких невзгод. Андрей Семенович, которого обнаружили мертвым в то утро, в лодке, был крепким стариком, находился уже несколько лет на пенсии и тоже любил рыбалку. Мужиком он был, справным, любил подтрунивать, порой грубо подшучивал над другими. До себя же подобного не допускал. Над безобидным Григорием, который не прочь был выпить. Андрей Семенович с подобны ­ ми ему рыбаками-стариками, так же любили поскулить, под ­ строить что-нибудь парню. Как выяснилось много позже, в тот вечер, они тоже крепко выпили (был с ним еще один рыбак из села, и утром, при на ­ чавшейся стрельбе, сбежавший на противоположный берег озера). А утром Григорий, как всегда захотел опохмелиться, до ­ стал с вечера оставленную бутылку. И когда выпил стакан — понял, что это не водка. В избушке уже никого не было. Внутри у него вдруг все зажглось. Он почти был уверен, кто подменил ему бутылку этой смертельной пакостью. Уже в беспамятстве схватил он оружие. И произошло то, что произошло в тот по ­ следний день мая. Степан поднялся с топчана, набросил телогрейку и вышел на улицу. Ветер заметно стихал, теряя свою силу. Только волны, разогнавшись на широком просторе озера, еще бились о борта лодок. Но и они ослабевали. Занимался день поздней осени, и Степана ждали дома дела. 1997 104