Этих дней не смолкнет Слава 2015

нем выстрелов, прикрывая своими стальными лбами отступающую немецкую пехоту. Израненное и окровавленное пшеничное поле пылало, наполняя воздух горклым запахом жженого хлеба. Бой прекратился так же внезапно, как и начался. Черный дым и пламя непроницаемой сте­ ной разделили солдат Красной Армии и Вермахта. На оборонитель­ ном рубеже считали убитых и перевязывали раненых, а фашистский зверь отступил, но отступил он лишь для того, чтобы, зализав раны и набравшись сил, вернуться и закончить начатое. Трофимов это понимал, и все это чувствовали. Но сейчас, в этот миг победы, они думали только об одном: «Будут гореть эти танки! Будут они гореть... Грохнуть его бронебойным, пока он тебе первым не вжарил, вот и все дело!» Бойцы улыбались, несмотря на потери и ранения, на боль и страх, пережитые за мгновения до этого. Улыбались, сжав кулаки и зубы, но они улыбались! Солдаты обнимали друг друга в окопах, размахивая оружием и подбрасывая вверх пилотки и пустые фляжки. Улыбался и наводчик сорокопятки Михаил, улыбался, жалея о том, что так и не подружился с лихим бронебойщиком Еремеевым, жалея о потере хорошего командира. Сам Михаил еще не знал о том, что за предстоящие четыре с по­ ловиной года войны ему придется часто терять друзей и командиров. Как не знал он и о том, что закончит он эту войну, штурмуя фашист­ скую крепость Кенигсберг уже в самой Германии. Закончит Победи­ телем! Не знал он и о том, что в завтрашнем бою за первые несколько минут враги шквальным огнем выведут из строя обе их пушки. И он, чудом выживший, контуженый, попадет в долгий и тяжелый враже­ ский плен. Потом с товарищами он сбежит из лагеря, вместе с окру- женцами будет прорываться к своим. И как, выйдя из окружения, он попадет под трибунал. И как потом чудом избежит расстрела, потому что за него вступится и расскажет о его геройстве раненый полковник, которого Михаил вынесет на себе из боя. Он не знал еще, что попадет в штрафной батальон и будет ходить в лобовые атаки на бетонные, плю­ ющиеся огнем и свинцом укрепления фашистов, и о том, как, «искупив вину кровью», он после госпиталя снова вернется в свою 133-ю мото­ стрелковую (к тому времени уже 18-ю гвардейскую) дивизию. Он не знал, что будет участвовать в битве на Курской дуге, в освобождении Белоруссии и во многих других битвах той долгой и тяжелой войны... Ни о чем таком он тогда не думал и не знал, он смотрел на горя­ щее пшеничное поле, на отступающего врага, на мертвых стальных зверей на дороге и тихо повторял: «Будут гореть эти проклятые тан­ ки! Будут гореть!»