Тернистый путь солдата

были не враги, с которыми мы вели тяжелые бои под Сталинградом, а мирные люди, среди них было много офицеров, у которых чем большую окружность имело поле фуражки, тем выше было воинское звание. У некоторых доходило до абсурда, окружность фуражки почти достигала окружности колеса телеги, которая называлась по-румынски «каруца». Остановились на подходе к городу Меджидия, недалеко от Ру­ мынско-Болгарской границы. Поселили нас в солдатских казармах, где стояли до нас солдаты Румынской армии. Когда мы вошли в казармы и начали осматривать железные кровати и все помещения, в которых мы должны ночевать, то увидели ужасную картину. Все закутки в казарме были коричневыми, хотя они были побелены известкой, а в кроватях все щели были чем-то заполнены и в них что-то шевелилось. Когда при­ смотрелись внимательно, то оказалось, что это было великое множес­ тво клопов. Стали думать, что нужно делать, так как спать здесь было невозможно, за ночь «съедят». И решили заправить лампы бензином, прожечь лампами все стены и углы. Просмотрели и прожгли все щели, а также кровати, только после этого мы расположились в казарме. Ко­ нечно, ночью нас кусали, но не очень сильно. Здесь мы увидели, как и в каких условиях жили румынские солдаты. К этой казарме была пристроена кухня, сложены печи и в них устроены котлы. Когда наши повара собрались варить нам пищу, то увидели, что их надо тщательно мыть и чистить, так как на дне котлов находился осадок из мелких камешков и чего-то еще. Это показывает, что котлы после каж­ дого приготовления пищи не мылись и не чистились, это нас удивило. Много было других примеров жизни и быта солдат Румынской ар­ мии. У нас, хотя было бедно насчет продуктов питания, но зато везде, как в казармах, так и на блоках питания, всегда была чистота и поря­ док. Да и не удивительно, все румынские крестьяне жили в тяжелей­ шей нужде и бескультурье, за исключением деревенской элиты, кото­ рая называлась бояре. Бояре жили зажиточно, у них были небольшие стада овец, которых они доили, а из овечьего молока делали брынзу. Брынза, в принципе, хороший молочный продукт, не на вкус, а на со­ держание в ней многих питательных веществ. Но когда я увидел как доят овец, то я ее больше не ел, как говорят, душа не стала принимать. Овцу зажимали в узком проходе между двумя стенками ограды, в этом про­ ходе один человек держал овцу, чтобы она фиксировано стояла, но она брыкалась и дергалась, второй человек сзади доставал овцу за дойки и доил в маленький деревянный туесок, но она здесь, когда ее держали, мочилась и испражнялась овечьим калом, похожим на орехи. Конечно,