Мы победили

ны продала все свое хозяйство и купила для родной нашей Красной Армии истребитель. Жизнь прошла, уже скоро и финиш ее. Оглядываясь на прожи­ тое, горжусь тем, что помогала Красной Армии сокрушить супо­ стата жестокого, какого приходилось видеть россам. Почему таки россам-то? А потому, дорогие мои, что главную тяжесть войны вынесла на себе русская нация. И недаром великий Сталин на тор­ жестве по случаю окончания войны в Кремле говорил, что первый тост он провозглашает за русский народ. Нет, нет, за ВЕЛИКИЙ РУССКИЙ НАРОД. Доподлинно точно это! Боряев Юрий Иванович (1925 года рождения) Жизнь моя не из простых рассказов соткана. Может быть, слож­ ным слогом выражаюсь, но на финишной прямой, когда многое увидишь на своем веку, переосмыслишь немало, иной раз проника­ ешь в самую суть событий. Сразу же скажу, что мою жизнь растоп­ тал пожиратель людей - тысяча девятьсот тридцать седьмой год. Пошли аресты партийных и государственных деятелей, даже друг Сталина, Серго Орджоникидзе, застрелился дома, в квартире; стали арестовывать густо и военных, по крайней мере из 196 комполков 136 было расстреляно, а спустя годы реабилитировано. Реабилити­ рован был и мой отец Иван Боряев, которого невод репрессивный зацепил в июле 1938 года. Почему Сталин выцеживал военную ди­ аспору? Да потому, что Берия упорно доказывал ему, что среди во­ енных есть заговор против Вождя народов. Маршал Тухачевский именно потому и пошел на плаху, что Иосифу Виссарионовичу по­ казалось, что самый умный маршал вполне мог бороться против него. То же самое и с Блюхером Василием Константиновичем, ко­ торого замели в тридцать восьмом, на допросах выбили глаз, а по­ том расстреляли. Отец мой воевал в гражданскую войну именно у Блюхера, в его дивизии, отличился при взятии Перекопа в Крыму: он имел орден Боевого Красного Знамени. Такая награда в ту пору считалась самой высокой наградой пролетариата. О блюхеровской дивизии была написана книжка поэтессой Верой Инбер, сейчас та­