Мы победили

ГЭС, где я сооружал гидроэлектростанцию целых пять лет. А в Верх-Туле очутился, перебравшись из Ордынского леспромхоза. Шофером работал, заведующим складом у Половникова, недавно скончавшегося, тоже фронтовика-минометчика, офицера- орденоносца. Да, был на Южном Сахалине. Японцы не хотели от­ туда уезжать в свою хваленую Японию. Вам, верхтулинцы последующих столетий, завещаю постро­ ить мемориал в честь павших на фронтах Великой О течествен­ ной и других войн. И создайте песню о Верх-Туле негромкую, но запоминающуюся. Да, а на мемориале, о коем сказал выше, нужны фамилии фронтовиков, умерших уже после той лихой годины. Вот и все мои пожелания, дорогие наши потомки! Виктор Евдокимович Чугунов, ветеран войны и труда, имеющий 55 лет трудового стажа Черновая Григорий Михайлович (1924 года рождения) Точно: я родился на Украине, в Черкасской области, где теп ­ ло и витры виют теплые и буйно-хмельные. Но жизнь устроена так, что обстоятельства иной раз диктуют строго: а ну-ка сматы ­ вайте удочки и поезжайте в Забайкалье, куда мы и устремились в 1929 году. Оттуда перебрались в Новосибирск. Но до фронта успел поработать и в Монголии , и на мебельной фабрике в Улан-Удэ. Собственно, призывался я из Монголии, где я работал, моей семьей стал кавалерийский казачий полк. А на фронт попал в ап­ реле сорок третьего - в 32 стрелковую дивизию, 16 стрелковый полк, 2-го Белорусского фронта. Пробыл я на фронте с апреля со­ рок третьего по 13 октября сорок третьего же. Здесь 13 октября меня под Витебском ранило в правую руку и левую ногу. Оба ра­ нения сквозные пулевые. И повезли меня по госпиталям. В Оре- хово-Зуеве пролежал до февраля сорок четвертого. Потом комис­ совали на шесть месяцев. Приехал я домой, а рука не может ни согнуться, ни разогнуться. Еще на полгода комиссовали меня, но