Мы победили

дивизия формировалась в Черногорске, в Хакасии, стало быть, я в пехоте, «царице полей». Когда поехали на фронт, то на два дня ос­ тановились в Куйбышеве на Волге, потому что в верхах решали, куда нас бросить - то ли под Москву, то ли на Воронежский фронт. Свежую дивизию решили двинуть на последней фронт, разгру­ жались ночью, на махонькой станции, а до Лисок шли пешком. Ко­ нечно, только ночами, иначе немец, господствовавший в воздухе, нас буквально бы растерзал. Ни костров, ни цигарок не полагалось. Пришли в Лиски. Стали окапываться, рыть окопы в полный про­ филь, укреплять их плетнями, тщательно маскируя брустверы око­ пов зелеными пластами. Мост через Дон был цел. Двое суток мы окапывались, готовясь к встрече с немцем. А его все не было и не было. Какое это тяжкое чувство - ждать врага, зная, что он воору­ жен отменно и что воевать умеет. Тишина на великой реке Дон. Тишина! Что-то будет? И вот появились немцы. На мотоциклах, на автомашинах, на велосипедах. К Дону подъехали, как будто к Рей­ ну, разделились, купаются, на губных гармошках наяривают краси­ вые мелодии. Сутки не лезут, вторые не лезут! И наши команды на открытие огня не отдают! Чудовищная нервотрепка! А мы все при­ стреляли, все, до одиночных кустиков! И вот на рассвете третьих суток немец кинулся переправляться - на больших лодках, огром­ ных плотах, понтонах. Бобков, командир нашей дивизии, и подал команду: «Огонь!» И застрочили наши пулеметы, забухали мино­ меты, залаяли отрывисто винтовки образца 1895/1930 года. И попя­ тился немец, тысячи их утонули в Доне, тысячи были убиты. Аж до сорок третьего держали мы здесь активную оборону, отвлекая часть немецких войск от Сталинграда. Однажды ночным боем по­ ловину небольшого городка Крутояка освободили. Из того же го­ родка был у нас лейтенант Казбанов. Дом лейтенанта на нашей по­ ловине оказался. Кинулся офицер в свой дом, в нем пусто. Загля­ нул в садик, а в нем жена, двое детей и мать лежат убитые. Чтобы лейтенант не застрелился, мы отобрали у него пистолет и сказали ему: «Твоих уже не вернуть! А себя сохрани, чтобы мстить фри­ цам». Лейтенант с того дня воевал еще отчаяннее и смелее, завое­ вал кучу орденов и медалей, был тяжело ранен и комиссован. 16 января сорок третьего ранило и контузило меня. Всю височ­ ную часть разбило мне, глаза я открывал руками, рот не открывался. Повезли меня по госпиталям, где установили, что в голове моей застряли осколки снаряда и что половина мозга «выключена» из