Ветераны Краснообска 2008

состав, где уже были такие же семьи, как наша, и отправили в Ростов-на-Дону. В 1942 году мне было более трех лет. Помню, как мы ехали в вагоне, была жара невыносимая, дети посто­ янно просили пить. Воды не было. Кругом была одна степь и волки. Волчьи стаи все время бежали за поездом, я не знаю, что они хотели - то ли есть, то ли бежали от пожаров. Горела степь, немцы бомбили поселки, хутора, станицы. Были нале­ ты самолетов и на наш поезд. Тогда поступала команда всем покинуть вагоны и бежать в поле, прятаться в подсолнухи или кукурузу. Мама, уставшая убегать от налетов, села в вагоне и говорит начальнику состава: «Никуда не пойду. Пусть убивают меня вмести с детьми». Маме в ту пору было 35 лет. Худо-бедно до Ростова мы доехали, никто не погиб. Но зато все мы, дети, заболели брюшным тифом. Ростов в это время тоже бомбили. В дом, где жила мамина семья, попала бомба. Благо в доме никого не было. Бабушка была в это время у невестки. У бабушки было семь сыновей и две дочери. Так что, когда мы приехали, жить нам было негде. Нас при­ ютила тетя Анастасия, та самая невестка. И стали мы жить две семьи из 11 человек в доме, состоявшем из одной комнаты и кухни. Трое взрослых и восемь человек детей. Вскоре немцы заняли город и начали грабить население. Забирали абсолютно все, что попадалось на глаза: одежду, посуду, продукты. Огорода и сада не было, чтобы можно было что-то вырас­ тить. Началась голодная пора. Продуктов не было никаких. Дети постоянно просили есть. Есть хотелось до боли в желудке. Ели все, что росло в ту пору в балках. Лебеду, крапиву, конский щавель, очистки от картошки, иног­ да ее вообще не чистили, чтобы не срезать кожуру, цветы ака­ ции, корень солодки и многое другое. Мама собирала вещи, что еще имелись от старых запасов и не потерянных по дороге, и ходила по соседним станицам и хуторам, меняя их на продукты: ведро картошки, щепотку соли, горсть зерна пшеницы или кукурузы, несколько сухарей. Чтобы как-то пережить этот голод, мама отвезла меня в г. Таганрог к своей старшей сестре тете Дусе, у которой было трое детей. У нее был сад. Росли фруктовые деревья. Летом ели еще не созревшие фрукты. Тетя Дуся выменяла мешок яб­ лок на мешок семечек подсолнечника. Так мы ели эти семечки вместе со скорлупой. Когда разболелись животы, стали щелкать, а скорлупу тщательно собирали и топили печку. В день давали нам по стакану этих семечек, и больше не было никакой еды. В Таганроге были уже немцы. По нашей улице ежедневно