дились в селе. А дети не могли понять, почему их так долго держат в погребе. Как и в любой другой деревне, в селе был назначен староста. Все дети у него были в партизанском отряде. С ним остался внук-школьник. Но немцы, видно, заподозрили связь бабушки Кристины с партизанами, кто-то донёс, что мальчик у неё чужой, а родители его тоже партизаны. Приказали старосте представить список всех жителей села, проживавших до войны. Чужие дети были не только у Кристины. Староста был неграмотен и попросил сделать это своего внука. Но внук вечером выкрал у деда коня и помчался к партизанам, обо всём им сообщить. Утром, не дождавшись списка, немцы нагрянули к бабушке Кристине. На главную площадь согнали всех жителей села. В этом месте бабушка не могла рассказывать без слёз: — На шею, коромыслом, набросили верёвку, а к концам верёвки привязали маленьких Галю и Петю. Дети плакали, а мне не разрешали их поддерживать, но я всё равно украдкой пыталась их приподнять. Один из немцев это увидел и полоснул шашкой по руке, почти до кости. Рука у бабушки Кристины после долго болела, её даже хотели ампутировать, но удалось залечить, хотя до конца жизни она так и не сгибалась. Партизаны были уже возле села, и, когда немцы стали зачитывать приговор, они открыли стрельбу, освободили бабушку Кристину и детей. Немцы также были выгнаны из села, а староста сбежал. К тому времени наши войска вели наступление по всему фронту и через некоторое время окончательно освободили село. Партизаны соединились с действующей армией и пошли дальше громить немцев. Ушёл и отец маленькой Гали. Провожали партизан всем селом. Больше Павла Нестеровича, своего отца, Галя не видела. Чуть больше трёх месяцев он не дожил до Дня Победы. Пришла по-
RkJQdWJsaXNoZXIy MTY3OTQ2