Под салютом великой Победы. Т.1 2020

80 закрытым, и 15-летнего мальчугана высадили в Курман- Кимельчи. Не растерялся, устроился в МТС, поселился в общежитии, очень быстро вошел в число лучших, уважаемых рабочих. Ему доверяли самую тонкую, самую ответственную работу. Ну вот, вроде все устроилось, жизнь наладилась. Работа, жилье, надежные друзья, соседи по общежитию. Но в один миг вся жизнь перевернулась. Ночь 22 июня 1941 года рассекали отдаленные вспышки взрывов, кто-то говорил, что это артподготовка, другие предполагали, что началось что-то страшное. А это началась война. Бомбили Севастополь. Из воспоминаний Николая Климентьевича Глухенького: – К 11 часам велели собраться у репродукторов. Возле кинотеатра – почти весь район в тревожном молчании. Услышали то, в чем никто уже не сомневался. Сразу пошел на работу. Там митинг. На второй же день объявили мобилизацию. Мужчин забрали, а тем, кто остался, предстояло готовить технику к эвакуации. Работы было невпроворот. Рабочих рук мало, поэтому приходилось успевать на всех участках. А вечером отправлялся в театр. Там на втором этаже установлена сирена. Моя обязанность – давать сигнал тревоги и отбоя. Там же и ночевал. А утром снова на работу. Стариков и детей, способных держать лопату, забрали в ополчение копать траншеи. Я хотел сопровождать технику в эвакуацию. Может быть, и не пришлось бы пережить то, что досталось. Но жизнь пошла по другому варианту. Немцы наступали неукротимо. Не успеем в одном месте выкопать траншеи, команда – отступать... Наконец второпях собрали лопаты, кирки, оркестровые инструменты, знамя, сложили на повозку, а сами – следом за обозом. Так, почти месяц, сопровождаемые бомбежкой, двигались мы в направлении Симферополя. Спрятали все у лесника под стогом сена и дальше пошли вместе с войсками. В бомбежку спасались в горах. Наконец пришли в Ялту. Узнали, что вход в Севастополь перекрыт немцами. Спрятались возле кладбища, переночевали, проснулись уже на захваченной немцами