Под салютом великой Победы Т.2 2020

239 Олесик, послужит Родине... Только еще раз уверяю: зачем подвергать мальчугана опасности? И без него возьмем Берлин. Сами видите, как улепетывают фашисты. – Э-э, пане полковнику, – упавшим голосом говорила Ганна, – я то всем сердцем понимаю, а вот Олесик – нет. Не возьмете его сейчас – он завтра же с другими тайком уйдет. А тут я, по крайности, хоть номер полевой почты узнаю, в случае беды – будет где искать, у кого спросить. И сокрушенно покачав головой, женщина еще более печально вздохнула: – А власти у нас пока нет. Когда придут мужики из лесу, чтобы выбрать ее? А может, следом за вами на Берлин тронутся? Олесик, же, ждать не будет того. Он должен расквитаться с фашистами за старую власть. Тут и мой голос гожий. И будто вспомнив что-то, Ганна Балюк сняла руку с плечей Олесика, вытащила из-под ватника сверток. – Вот она – старая власть. Полковник с живым участием наблюдал, как мелко вздрагивали пальцы рук женщины, как медленно и слишком контрастно – сверху вниз – покрывалось бледностью и суровело ее лицо, как, отступив на шаг, помогал разворачивать сверток Олесик. В руках матери и сына, ниспадая вязью золотых кистей, шелестело знамя. По его алому полю, сверху герба и ниже выстроились ровные, строгие строки. Полковник раздельно вслух читал: «Белорусская ССР. Калдычевский сельский Совет депутатов трудящихся, Калдычевского района, Барановической области». На какую-то минуту в маленькой комнате воцарилось молчание. Затем полковник спросил: – Как оно оказалось у вас? – Почти пять лет назад мы с Олесиком тайно сняли его. В ту ночь, когда взяли отца, – мать кивнула в сторону Олесика,