Фламмарион К., Живописная астрономия-1900

то кто могъ бы поставпть ей предѣлы? Кто могъ бы утверждать, что она не суще- ствуетъ даже на солнцахъ? Мы пе знаемъ еще вполнѣ ни духа, нп жнзни, нп матеріи. Можетъ быть су- шествуютъ сферы, гдѣ люди самые простые, самые несвѣдуіціе, самые грубые чув- ствуютъ, угадываютъ, непосредственно впдятъ внутреннимъ и безсознательнымъ образомъ рѣшеніе проблемъ трансцендентной математики, которыхъ не нашелъ еще ни одинъ земной геній, несмотря на наше земное дифференціальное и инте- гральное вычисленія. Лишь только съ удаленіемъ отъ той небесноп области, въ которой мы нахо- димся въ настоящее время, мы можемъ составить себѣ вѣрное понятіе о размѣ- рахъ мірозданія; до сихъ поръ даже въ самыхъ далекихъ нашихъ мыслениыхъ ну- тешествіяхъ въ междузвѣздныя нространства мы только лишь смутно предчув- ствуемъ непзвѣстную намъ дѣйствительность. Но отрывая хоть на нѣсколько мгно- веній пашп взоры отъ этой земли и отъ ея ограниченности, мы иаучаемся по крав- ней мѣрѣ лучше поннмать свое значеніе и своюотносительность въ великомъ цѣломъ. Въ этомъ заключается необходимое условіе и залогъ нашихъ уснѣховъ въ познаніи міра. II такъ пусть наши понятія возвышаются надъ обманчивою видимостью, пусть наша мысль возносится въ далекія области неба и пусть она развивается все болѣе и болѣе по мѣрѣ того, какъ углубляется она въ безпредѣльность мірозданія. 0 зна- ченіи или величинѣ какой-нибудь мѣстности можно судить по тому, чѢмъ далыне проникаетъ наше зрѣніе, чѣмъ выше расноложенъ нашъ глазъ, чѣмъ бо.тьше нашъ горизонтъ; муравей не знаетъ ни неба, ни землн и никогда не видѣлъ ничего кромѣ гѣхъ песчинокъ, изъ которыхъ опъ строитъ свои кучи; между тѣмъ какъ орелъ, паря въ воздушныхъ высотахъ, измѣряетъ своимъ взоромъ какъ высокія горы, такъ п безпредѣльныя равнины. Далекіе міры, развертывающіеся нредъ нами въ недосягаемыхъ для насъ глу- бинахъ цространства, во всемъ своемъ великолѣпіи и чудпой красотѣ, кто скажетъ намъ о чѵдесахъ вашей невѣдомой намъ природы? Свѣтовой лучъ, болѣе быстрый чѣмъ молнія, употрёбляетъ цѣлые вѣка, чтобъ дойти до насъ чрезъ безиредѣлыіую безднѵ, лежащую между вами и нами. Нъ какихъ видахъ и формахъ всеобщіс міро- вые законы дѣйствуютъ средп васъ, какъ онн проявляются, въ какихъ иредѣлахъ заключается ихъ могущество? Какпми свойствами одарены стихіи, васъ составляю- іція? Благодаря вамъ, мы знаемъ, что Земля, ноцрніце человѣческаго наблюденія, еще вовсе не книга природы, что она составляетъ въ ней толькоодну главу, только одну страницу. Ирекрасные лѣтніе вечера,медленно опускающіеся съ небссъ послѣ яснаго ,дня, продолжайте омывать Землю вашимъ золотымъ сіяиіемъ! Не мѣшайте напоенному благоуханіемъ вѣтерку проникать въ иилучистыя долины! Не мѣшайте падать на нихъ, подобно росѣ, легкому покрывалу сумерекъ! Пусть розовыя волиы вечерней зари, незамѣтно переходяіція отъ румянаго зарева на закатѣ до темной лазури зе- нита, продолжаютъ украшать собою роскошный сводъ небесъ! ІІусть нашимъ оча- рованньі ъ взорамъ всегда будетъ можно блуждать въ этой волнующейся глубинѣ! ІІолные нѣжиой прелести вечерніе часы, не улетайте отъ насъ! Мы такь любимъ это всеобщее уснокоеніе, наступающее въ природѣ нредъ ея сномъ, мы такъ лю- бпмъ этотъ неизмѣниый мпръ, нисходящій къ намъ вмѣстѣ съ появленіемъ звѣздъ. Дайте намъ возмоа;ность нрисутствовать при этомъ глубокомъ сосредоточеніи при- роды. въ которомъ участвуютъ всѣ существа, какъ будто они обладаютъ созна- ніемъ; дайте намъ возможность слышать этотъ послѣдиій, замирающій шорохъ трепещущихъ древесныхъ листьевъ! Загораюіцееся звѣздами небо, засыпающая